Библиотека

Жираф Джим стр. 79

Размер шрифта
-
+
Тема

Я выразительно смотрю на Гарри: мол, а что я тебе говорил?

— Я никуда не пойду, Гарри. Тут останусь, в шкафу. Вместе с нижним бельем и штанами.

— И футболками, — добавляю я. Я всегда был педантом.

— Ладно, Скотт, предоставь это мне, — говорит Гарри и выразительно смотрит на меня: мол, предоставь это мне. — Джим, радость моя. Послушай меня. Ответь мне на один вопрос. Кто твоя любимая телезвезда?

Джиму надо подумать. Он редко смотрит телевизор и поэтому не знает, кто его любимая телезвезда. Или, может быть, знает, но не хочет об этом распространяться.

Гарри ждет, сложив руки на груди. Он явно намерен дождаться ответа.

Джим смотрит на меня, потом — на Гарри, на его по-серебренные ботинки.

— Космонавт.

— Космонавт?

Джим кивает.

Гарри смотрит на меня.

— Ты слышишь, Скотт?

Да, я слышу, но вряд ли верю своим ушам. Да и вообще как-то не верится, что любимая телезвезда Джима — Космонавт, персонаж сериала, мой персонаж, которого я придумал от скуки одним унылым воскресным утром за миской кукурузных хлопьев.

— Хорошо, — говорит Гарри, — а теперь скажи мне, Джим, что было бы, если бы Космонавт отказался играть в первой серии? Если бы он спрятался в шкаф? Вместе с… э… всякой одеждой. Что стало бы с миром, если бы Космонавт спрятался в шкаф?

— На нас напали бы злые монстры.

— А еще?

— А еще роботы. Межгалактические роботы.

— А помимо злых монстров и роботов? — говорит Гарри, проявляя терпение. — Что стало бы с телевидением, с развлекательными передачами?

— А, в этом смысле, — говорит Джим, врубаясь. — Тогда не было бы никакого «Космонавта в космосе», и мы не смогли бы его смотреть.

— Вот именно.

Джим морщит нос. Сначала — одну ноздрю, потом — вторую. Выходит из шкафа. Шмыгает носом.

— Спасибо, Гарри. И тебе, Скотт, спасибо. За все.

— Космонавт гордился бы тобой, Джим.

— Ты это… не переусердствуй.

— Прошу прощения.

Гарри смотрит на свои часы с голограммой.

— Тебе пора гримироваться. Так что иди к гримершам. А мы со Скоттом заглянем в бар. Пойдем, Скотт, чего-нибудь выпьем. Мы заслужили.

Гарри любит выпить. Обычно он пьет вино, но сегодня он пьет исключительно виски. Я тоже пью виски, потому что хочу быть похожим на Гарри.

— Ты ничего не заметил, Скотт? Никаких изменений в моем внешнем виде?

Я смотрю на него, смотрю очень внимательно. Столик прозрачный, и сквозь него все видно. Я вижу сквозь столик ботинки Гарри и его брюки, которые тоже прозрачные или просвечивающие.

— В одежде, — подсказывает мне Гарри.

Я качаю головой.

— Я одет необычно неброско, — объясняет Гарри.

Я киваю. Он одет необычно неброско. Да, его брюки прозрачные, но они черные. Его рубашка, ботинки и галстук — все черное.

— Обычно я одеваюсь достаточно ярко. Кое-кто даже считает, что я привлекаю к себе внимание. А сегодня оделся неброско.

— Да, но почему?

— Потому что я в трауре. Партнер, с которым мы прожили десять лет, меня бросил.

— Доктор Бэмс?

Гарри кивает.

Он молчит, я тоже молчу. Подношу к носу стакан с виски, вдыхаю.

— В жизни бывают такие моменты, Скотт, когда надо чем-то пожертвовать. Я пожертвовал своей любовью, моей единственной настоящей любовью, ради другой, тоже единственной настоящей любви — телевидения.

А мне вспоминается, что сказал Джим, когда мы были у доктора Бэмса.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.