Жизнь Шаляпина. Триумф стр. 1012
Кругом мало утешительного. Работа однообразная и раздражающая. Театры отвратительные: и поют, и играют, как на черных похоронах. Бездарь кругом сокрушительная! Всякий спектакль – каторжная работа».
Какие уж тут мечты о своем театре… Шаляпин и в России возвышался как Эверест, а в Европе и особенно в Америке только начинали понимать особенности его Гения. 12 июля 1931 года он признается Ирине Федоровне: «Жизнь моя идет просто, без всяких особенностей, если не считать мои артистические успехи, которые я сделал за эти последние десять – двенадцать лет. Теперь я ясно вижу, что кроме талантов артист должен многое и многое замечать в искусстве и уметь нужное оставить в сердце и уме, а ненужное отбросить – скажу прямо – с презрением. Уметь!!! Вот главное! Меня очень радует мой новый хан Кончак – в «Игоре». По поводу, в сущности, этой маленькой роли в Лондоне возникла целая литература. Критика начала наконец понимать сущность моего актерского достижения, но тонкости исполнения основательно еще не усвоила. Да, я думаю, это очень трудно. Они не могут усвоить точно, в чем сила моего исполнения. Оно, конечно, где же это им узнать. Они толкуют об игре, о пении, но, не будучи специалистами, не знают, что значит «отношения» красок, то есть тонких «вздохов» от света к тени и наоборот. Идя к концу моей карьеры, я начинаю думать (прости, это нескромно, и оставь между нами), что в моем искусстве я «Рембрандт». Никто и ничто кругом меня не понимает, но многие начинают чувствовать, что тут есть что-то такое, что непохоже ни на прошлое театра (в опере, конечно), ни на настоящее, а многие думают, что и в будущем это вопрос долгих десятков, а может быть, и сотен лет.
Вот эта нескромность моя и наполняет мою жизнь. Жаль только, что передать молодым мои заветы я, кажется, не в состоянии, – потому что моя школа, это моя кровь и плоть – учитель мой, это моя, моя индивидуальная конструкция – во всем.
Ну, вот видишь, как расхвастался! Смешной и странный твой отец».
Вот почему Шаляпин не создал свой театр, но уроки он задал всему театральному миру действительно на столетия.
Использованная литература
Федор Иванович Шаляпин. Литературное наследство.
Т. 1: Письма. – М.: Искусство, 1976.
Т. 2: Воспоминания о Ф.И. Шаляпине. М.: Искусство, 1977.
Т. 3: Статьи и высказывания. Приложения. – М.: Искусство, 1978.
Горьки й М. Собрание сочинений: В 30 т. – М.: Художественная литература, 1948–1955.
Стасов В.В. Письма к родным: В 3 т. – М., 1962.
Теляковский В.А. Воспоминания. – Л.-М., 1965.
Константин Коровин. Жизнь и творчество. Письма, документы, воспоминания. – М., 1963.
Константин Коровин вспоминает…/Сост. И.С. Зильберштейн, В.А. Самков. – М., 1971.
Рахманинов С.В. Литературное наследие: В 3 т./Ред. – сост. З.А. Апетян. – М., 1978–1981.
Римский-Корсаков И.А. Музыкальное наследство. Исследования, материалы, письма: В 2 т. – М., 1953–1954.
Римский-Корсаков И. А. Полное собрание сочинений. Т 8: Литературные произведения и переписка. М., 1982.
Нестеров М.В. Из писем. – Л., 1968.
Нестеров М.В. Воспоминания./Подготовка текста и вступительная статья А.А. Русаковой. – М.: Советский художник, 1985.
Щепкииа-Купериик Т.Л. Театр в моей жизни. – М.: Искусство, 1948.
Юрьев Ю.М. Записки: Т. 1–2. – Л.: Искусство, 1963.
Шкафер В.П. Сорок лет на сцене русской оперы. – Л., 1936.
Салина Н. Жизнь и сцена. – Л.: