Зловещее поручение стр. 26
сердце, — вздохнул Чан. — Но вы не остаетесь в одиночестве.
— Но для бедного капитана Фланнери все это чересчур сложно. Вы гораздо больше информированы, чем он. Не уезжайте: я постараюсь, чтобы вам предоставили возможность…
— Я присоединяюсь к мисс Морроу, — вмешался Барри Кирк. — По–моему, тоже: вам нельзя уезжать. Господи, неужели вам не интересно?!
— Но голубые холмы так далеко отсюда. Голубые холмы Панчбоул—Хилл, где меня ждут.
— Поймите, я завишу от вас, — не уступала девушка. — Я обязана победить. Если вы останетесь…
Приблизившись к ней, Чан проговорил:
— Мне так жаль, но почтальон уже пришел к
моей семье: они ждут меня. Простите, но завтра я возвращаюсь в Гонолулу. — Открылась дверь лифта, и Чан низко поклонился. — Я счастлив был познакомиться с вами обоими. Возможно, мы еще встретимся.
С улыбкой, похожей на улыбку Будды, он исчез. А девушка с Кирком отправилась в кабинет, где Фланнери производил обыск.
Чан быстро шагал сквозь туман в отель «Стюарт». В вестибюле портье протянул ему телеграмму. Китаец прочитал ее с сияющим лицом. Он продолжал улыбаться и у себя в комнате, когда зазвонил телефон. Это был Кирк.
— Знаете, — сказал последний, — мы сделали потрясающее открытие в кабинете после вашего ухода.
— Рад слышать.
— Под столом лежала жемчужина из ожерелья Глории Гарланд!
— Ваша находка — новая пища для удивления, — заметил Чан. — Примите мои сердечные поздравления.
— А вам разве не интересно? — воскликнул Кирк. — Почему вы не хотите нам помочь?
В глазах Чана снова вспыхнул упрямый огонек.
— Это невозможно. Несколько минут назад я получил телеграмму, которая властно призывает меня домой. Теперь меня ничто здесь не удержит.
— Телеграмму? От кого?
— От моей жены. Она сообщила, что у нас родился одиннадцатый ребенок. Мальчик.
Глава 5 Голос в соседней комнатеНа следующий день Чарли Чан поднялся в восемь часов. Бреясь, он радостно разглядывал свое отражение в зеркале. Он думал о крошечном беспомощном существе, которое лежало сейчас в детской коляске в доме на Панчбоул—Хилл. Через несколько дней, обещал себе Чан, он будет стоять возле постельки ребенка и смотреть, как тот ему улыбается.
Закончив свой туалет, он, чрезвычайно возбужденный, отправился завтракать.
Первые страницы утренних газет пестрели сообщениями о трагической смерти сэра Фредерика. Глаза Чана сузились больше. Запутанная история. Хорошо бы добраться до самого ее конца, но увы! Только служебная обязанность могла бы позволить ему вмешаться в расследование. Он же со следствием никак не связан. Дом — единственное, что влечет его. Он отложил газеты в сторону, снова вернувшись мыслями к маленькому мальчику в Гонолулу. Американский гражданин, будущий бойскаут, под американским флагом он станет носить американское имя. Чана привлекала личность его вчерашнего хозяина. Барри Чан — вот как он назовет ребенка.
Уже допивая чай, он заметил в ресторане худую, высокую фигуру Билла Ренкина. Чарли уплатил по счету, оставив щедрые чаевые, и догнал Ренкина в вестибюле.
— О, здравствуйте! — воскликнул репортер. — Что там случилось в Кирк–билдинге?
— Очень печальное событие, — ответил Чан.
Они уселись на широкий мягкий диван, Ренкин закурил сигарету и продолжил:
— Вообще–то, я в курсе.