Знаешь, сколько опало во сне лепестков... стр. 26
у тебя фамилия Линь, у неё — Яо, родство налицо. Если ты действительно хочешь выпустить её, я могу выпустить её для тебя чисто из человеческой симпатии к тебе, но гонорар и тираж я дам не больше 5% и 5000.
Я слушала его и думала, как же обо всём этом рассказать Гу Сяобэю.
Повесив трубку, я сидела на диване и обдумывала этот вопрос, в конце концов я решила сама немного помочь Яо Шаньшань деньгами и поднять гонорар до 8% — всё равно это всего несколько тысяч, будем считать, что это мой долг перед Гу Сяобэем.
Я прямо сказала ей, что с
выходом её книги возникли небольшие проблемы, но я постараюсь всё уладить.
Из телефона послышался равнодушный голос Яо Шаньшань: "Если не получается, то не надо, я особо на тебя и не надеялась", и она сразу бросила трубку.
Разве я кого обидела? Я тоже со злобой бросила трубку. Я решила больше не связываться с этим делом. В конце концов, я должна Гу Сяобэю, а не Яо Шаньшань, ты за него замуж не выходила, по какому праву пользуешься его благосостоянием?
Спустя три минуты раздался звонок Гу Сяобэя — Яо Шаньшань умеет быстро жаловаться!
В трубке я слышала голос Гу Сяобэя: "Линь Лань, я знаю, ты хочешь денег, назови сумму, если это не заоблачные деньги, я заплачу тебе, чтобы ты помогла ей выпустить книгу".
Услышав эти слова, я вся похолодела. Гу Сяобэй, мы были с тобой вместе шесть лет, две тысячи сто девяносто дней, неужели ты не знаешь меня? Ты думаешь, я смогу взять эти вонючие деньги?
Несмотря на то что, я сказала себе не плакать,— с чего мне плакать, моей вины же ни в чём нет,— но у меня из глаз предательски потекли слёзы. Не знаю, что наговорила Гу Сяобэю Яо Шаньшань, но я с горечью на сердце стала вспоминать прошлое, не пойми кто оговорил меня перед ним, и он тут же вскакивает и начинает на меня давить. Куда же ушел Гу Сяобэй из моих воспоминаний, ласковый и улыбающийся — поминай теперь как звали.
Я дослушала Гу Сяобэя, вытерла слёзы, притворилась расслабленной и равнодушной и с разрывающимся сердцем сказала ему: "Гу Сяобэй, оказывается вот какой я была в твоих глазах все эти шесть лет.
После этого я закричала в трубку: "Гу Сяобэй, чтобы через пять минут ты был в кафе на первом этаже моего офиса, если опоздаешь хоть на минуту — убью на месте!"
15
Я, взяв с собой институтские эскизы, по которым Лу Сюй сегодня должен был аттестовать меня, вышла из общежития. Я рассержено села в машину и, как львица, прорычала таксисту: "Трогай, давай!" Водитель испугался до дрожи, он, наверное, подумал, что я какая-то бандитка.
Когда я принеслась, Гу Сяобэй уже был там, Яо Шаньшань тоже. Они сидели и пили кофе, Гу Сяобэй — с серёзным лицом, опустив голову, а Яо Шаньшань смотрела на меня крайне провоцирующим взглядом.
Я подошла и, размахнувшись, дала Гу Сяобэю пощёчину, выглядело это, как будто, я ударила, что было сил, но на самом деле только я и он знали, что я ударила совсем не больно, я не