Знаешь, сколько опало во сне лепестков... стр. 28
которые он мне когда-то давал. Я смотрела на смутные очертания, оставшиеся от красивых серебряных тонко прорисованных эскизов, и мне становилось всё невыносимее. Вдруг чья-то рука подхватила и подняла меня с корточек.
Я повернулась и увидела Лу Сюя. Он посмотрел на меня и, подумав что меня обидели (а меня ведь и вправду обидели), засучив рукава сразу кинулся вступаться. Я тут же бросилась к нему с объятьями и словами: "Не надо, Лу Сюй, не надо". В это время мои слёзы стекали на его костюм ценой больше 10 000 юаней.
После этого я взяла его за руку и направилась к выходу. Когда мы уходили, я бросила Гу Сяобэю: "Я больше ничего не должна тебе".
Глаза Гу Сяобэя были словно два бриллианта, его взгляд был таким же, как и прежде — полным света, а по краям глаз блестели слёзы.
Мы с Лу Сюем вошли в лифт, где я наконец не выдержала и разразилась рыданиями. Лу Сюй какое то время бестолково мял руки и переминался на месте, не зная что делать, после чего достал из кармана платок и протянул его мне. Увидев платок, я сразу вспомнила о такой же привычке Гу Сяобэя и заревела ещё горестнее. Лу Сюй окончательно потерял надежду успокоить меня, встал, прислонившись спиной к стене лифта и лишь изредка вздыхал.
Потом Лу Сюй сказал мне, что в тот день я своими рыданиями не на шутку напугала его, до этого он всегда считал, что плачущая Линь Лань — это что-то невозможное, скорее уже небо упадёт на землю, и в любой ситуации она будет всё той же громоподобной железной леди. Он сказал, что, когда в тот день он увидел, как я плачу, сидя на корточках, он чувствовал, что по его сердцу будто провели ножом и что ему сразу захотелось пойти разобраться с тем парнем.
Я была тронута его словами. Я похлопала его по плечу, сообщила ему, что очень тронута, а ещё, что я решила, что он должен пригласить меня в ресторан.
Лу Сюй тут же согласился, но потом, как будто поняв в чём дело, жалобно застонал и сказал, что я опять поймала его на слове.
17
С тех пор, как я получила две оплеухи от Яо Шаньшань, я стала очень редко вспоминать прошлое, я всё время говорила себе, что я начинаю новую жизнь, что я Ницше, что я солнце. Я хочу жить по-новому, а кто встанет на моём пути — тому смерть. И вскоре я действительно забыла всё то, что так хотела забыть. Мы с Лу Сюем участвовали в конкурсе рекламы и, подобно лоснящейся чёрной лошадке, бешено ворвались в финал. Руководство компании тоже было очень довольно и решило применить тяжёлую артиллерию, дабы задобрить жюри. Для этого в "Ванфу" для них был устроен роскошный ужин с яствами из разных диких животных, на который позвали и меня с Лу Сюем.
Сначала я хотела одеть вечернее платье до пола, чтобы быть как манящий цветок. Но я сразу подумала, что в таком случае меня точно кто-нибудь захочет споить. Я представила, как я стою в этаком неземном аристократическом наряде с закатанными рукавами и лицом красным до мочек ушей посреди