Зоя стр. 6
ее жениха… Но сначала выйдут замуж две старших сестры, а пока… пока можно смотреть на огонь и думать, каким он будет, этот ее суженый, и будет ли она любить его…
Потрескивали поленья, за окном медленно кружились снежинки. Смеркалось.
— Маша? О чем ты задумалась? — вернул ее к действительности голос Зои, которая совсем забыла о том, что обещала к обеду быть дома. — Ты стала вдруг такой серьезной. — И в самом деле, когда Мари не смеялась, на лице ее появлялось очень сосредоточенное выражение, хотя ярко-голубые глаза продолжали излучать живой и теплый свет, которого были лишены глаза ее венценосной матери.
— Да так… Глупости какие-то лезут в голову. — Она мягко улыбнулась подруге. Им обеим скоро должно было исполниться по восемнадцать лет, и мысль о замужестве невольно посещала обеих. — Я думала о том, за кого мы с тобой выйдем замуж. Не сейчас, конечно, а когда кончится война.
— Я сама иногда об этом думаю. Бабушка говорит, что это в порядке вещей и что я — «барышня на выданье». И еще она говорит, что князь Орлов — прекрасная партия для меня. — Она расхохоталась и тряхнула головой так, что волосы разлетелись. — А ты… ты за кого выйдешь? Кто он — твой «он»?
— Не знаю. Сначала выдадут Ольгу и Татьяну, а Татьяна такая рассудительная и степенная, она, по-моему, и не хочет выходить замуж. — Она была ближе всех к матери и, может быть, хотела бы посвятить себя семье, никогда не покидая родной дом, — А хорошо бы иметь детей.
— Скольких? — поддразнивая, спросила Зоя.
— Человек пять по крайней мере, — ответила Мари: в ее семье было как раз пятеро детей.
— А я хочу шестерых! — убежденно заявила Зоя. — Троих мальчиков и трех девочек.
— И все рыжие! — рассмеялась Мари и, перегнувшись через стол, нежно погладила подругу по щеке. — Как я люблю тебя, Зоя!
Зоя по-детски прижалась губами к ее руке.
— Как я хотела бы, чтобы ты
была моей сестрой! — Но у нее был старший брат, безжалостно подтрунивавший над нею, чаще всего — по поводу ее рыжих волос. У него самого волосы были темно-каштановые, как у отца, но глаза — тоже зеленые. Этот двадцатитрехлетний офицер унаследовал от Константина Юсупова спокойную силу и достоинство.
— А как поживает Николай?
— Несносен, как всегда. Мама ужасно рада, что его полк в Петрограде, а не где-нибудь в действующей армии…
В эту минуту медленно отворилась дверь, и высокая женщина молча вошла в комнату. Девочки так увлеклись беседой, что даже не заметили ее появления. За нею вошел и тоже замер на пороге большой серый кот.
— Здравствуйте, девочки, — улыбнулась женщина.
Это была Александра Федоровна.
Зоя и Мари поспешно поднялись. Зоя подбежала поцеловать ее, не боясь заразиться: у Алике несколько лет назад была корь.
— Тетя Алике! Как они себя чувствуют?
Императрица, с усталой улыбкой обняв Зою, ответила:
— Не слишком хорошо, друг мой. И хуже всех бедной Анне. А как ты поживаешь? Ты, надеюсь, здорова?
— Да, благодарю вас. — Зоя вдруг вспыхнула. Как все рыжие, она очень легко краснела и стеснялась этого.
— Как это мама отпустила тебя к нам? — сказала царица, зная, что графиня Юсупова смертельно боится инфекции. Зоя еще гуще залилась краской, что свидетельствовало о том, что