Библиотека

Золотая всадница стр. 129

Размер шрифта
-
+
Тема

офицер с синей повязкой, покосился на Амалию. Войкевич тотчас же подошел к нему, и они о чем-то заговорили быстрым шепотом. В конце разговора Войкевич, очевидно, отдал какие-то приказания, лицо офицера просияло. Он козырнул и удалился, прикрыв за собой дверь. Милорад собирался вернуться на место, но передумал и сел за столик с шахматами.

– Шах, – сказал он, переставив одну из фигур. – И мат. Люблю шахматы, но плохо то, что они не отражают реальную жизнь. Пешка может превратиться в ферзя, но король никогда не может стать пешкой. А между тем многие короли не заслуживают ничего, кроме этого звания.

И он со значением посмотрел на Амалию.

– Поэтому ты решился поставить Стефана на место? – мрачно спросила она.

– А ты считаешь его достойным правителем? – вопросом на вопрос ответил Милорад.

– Он – законный правитель, – вывернулась Амалия. Однако она понимала, что ее собеседника этот довод не убедит.

– Которого ты с помощью детской уловки заставила подписать выгодный твоей стране договор, который идет вразрез с нашими интересами. Да-да, ты не ослышалась – детской уловки. И если она тебе удалась, то только потому, что я не стал тебе мешать. Я говорил тебе, что я всегда буду на шаг впереди тебя? Мне даже было выгодно то, что ты делаешь. Каждая новая выходка Стефана, каждая его безумная трата приближала меня к цели. Ведь когда король сорит деньгами, сорит бездумно и глупо, все видят, чем он занимается, и начинают роптать. Потому что расходы королевских особ ложатся тяжелым бременем на плечи тех, кто работает и платит налоги. А люди устали содержать свору никчемных бездельников только потому, что они носят корону и называются «ваше величество».

– И давно ты стал таким… республиканцем?

– Я не республиканец, – спокойно ответил Войкевич, – но я люблю мою страну. Я просто патриот, Амалия. Стефан оказался плох не потому, что он король, а потому, что он никчемный правитель. Ты даже не представляешь, сколько усилий я приложил, чтобы он не предавал свою родину. Если бы не я, он бы давным-давно раздарил Иллирию ее врагам. Это человек, у которого нет ни масштабного ума, ни понятия о государственных интересах. Владислав подозревал, что его сын не годится для того, чтобы управлять государством, и поэтому написал подробное завещание. Но даже оно не могло удержать Стефана от глупостей, и незадолго до твоего приезда он едва не отдал Дубровник австрийцам.

Верно, вспомнила Амалия, завещание… Государственный почерк! И ведь интуитивно она тогда поняла, кем Войкевич был на самом деле, – поняла, но не обратила на это внимания.

– И давно ты до этого додумался? –

сухо спросила она. – Я имею в виду coup d’Etat.

Войкевич с вызовом посмотрел на нее.

– Хочешь знать правду? Я с самого детства во всем был лучше Стефана. Лучше знал латынь и лучше лазал по деревьям, лучше запоминал стихи и лучше фехтовал. Покойный король полагал, что я послужу его сыну хорошим примером и, глядя на меня, он чему-то научится. Но Стефан всегда оставался самим собой, легкомысленным и никчемным. Когда он стал наследником, ничего не изменилось. И ведь не я один видел, что Стефан не годится для того, чтобы управлять страной. На то же самое Владиславу намекали и граф Верчелли, и Иванович…

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.