Библиотека

Золотое побережье стр. 129

Размер шрифта
-
+
Тема

сидят за столами, за партами, стоят у мольбертов, все они самозабвенно рисуют. На мольберте учительницы набросок пейзажа в китайском, то ли японском стиле. Нагромождение горных вершин, полускрытых облаками. Внизу – крошечные, кривые сосны, спадающий водопадом ручей, чайный домик, группа пузатых монахов, монахи хохочут, глядя на птицу. Настоящая дзеновая картинка. Джим забросил дзен, ведь это – до безнадежности аполитичное учение, но все же в искусстве есть нечто такое, что…

Учительница поднимает голову к настенным часам.

– Мы с вами уже переработали. Пора закругляться. А когда ученики начинают собирать свои вещи, она добавляет:

– Нужно научиться рисовать, не думая, без участия головы. Это не придет сразу, потребуется много времени, долгая практика. И все это время вы должны учиться смотреть, учиться видеть. Видение и техника. Научитесь использовать свободные, незарисованные пространства. Когда вы освоите пробелы – все остальное будет зависеть исключительно от видения. – Она уже не у своего мольберта, а в центре класса, среди учеников. – Мы проходим по жизни с закрытыми глазами, как слепые, как лунатики, а так нельзя. Так нельзя. Вы должны поместить свой разум в глаза и наблюдать. – Теперь она берет свою палитру, относит ее в угол, к раковине, у которой толпятся ученики, и начинает мыть кисти. – А когда это станет автоматической привычкой, вы увидите мир как последовательность бесчисленных картин, и тогда техника, которую вы освоите, поможет вам перенести часть этих картин на бумагу. Сегодня, сейчас, когда вы будете выходить из двери класса, думайте о том, что я сказала, и проснитесь. До свидания, увидимся в четверг.

Негромко переговариваясь, ученики расходятся. Джим сидит за столом и смотрит. Девушка кидает свои рисовальные принадлежности в большой портфель – почти чемодан. Защелкивает замок.

– Ну так что? – поворачивается она к Джиму.

– Я учусь смотреть.

– Поосторожнее, – она смешна морщит нос. – А то еще начнете натыкаться на мебель. Джим нерешительно мнется.

– А может, зайдем в кофейню?

Теперь в нерешительности девушка, она опустила глаза. Господи, думает Джим, да какая же она застенчивая, разве поверили бы в это ее ученики?

– Хорошо. – Она хватает портфель и быстро, большими шагами выходит из класса.

Джим идет следом. Они знакомятся. Девушку звать Хана Штеентофт, а живет она в Можеска-Каньоне, совсем неподалеку от колледжа.

– Ты художница? – спрашивает Джим.

– Да. – Вопрос кажется ей смешным. Почему?

Кафе декорировано с жалкими потугами на стиль богемной кофейни: пластиковая имитация деревянных потолочных брусьев, полумрак, на старинных плакатах – какие-то европейские замки, вдоль одной из стен – автоматы, торгующие напитками и едой. Нагляднейшее свидетельство того, что Трабуко – третьеразрядный колледж. Посетителей – нуль. Хана

и Джим садятся в углу, подальше от уборщицы, моющей деревянную (тоже имитация) дверь.

– А ты рисуешь в этом самом стиле, который ты сегодня преподавала?

– Нет. Это просто инструмент для становления стиля. Я люблю китайский рисунок, иногда и сама пользуюсь техникой периода минской династии, она идеально подходит для решения некоторых задач, но только… вот ты говоришь, учишь писать? Это как если бы ты вел курс по сочинению сонетов, а я бы спросила тебя, пишешь ли ты сонеты. Скорее всего оказалось бы, что нет, но то, чему научили тебя сонеты, может быть использовано в других стихотворных формах.

Джим кивает:

– А ты продаешь

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.