Библиотека

Зорге. Последний полет «Рамзая» стр. 143

Размер шрифта
-
+
Тема

сотрудничество ведомств!

Японцы потянулись к выпивке.

– Йозеф, вы, как всегда, в форме. Много пьете и много едите. Как только ваша печень выдерживает? – негромко произнесла Урсула, но сказано это было в таком пренебрежительном тоне, что Мейзингера даже передернуло от неожиданности. Его настроение посыпалось со звоном битого хрусталя. Он покраснел от внезапно накатившего гнева, однако сумел взять себя в руки перед японскими коллегами. С видом человека, попытавшегося придать взорвавшейся гранате вид лопнувшей хлопушки, полковник расплылся в улыбке перед Урсулой:

– Что вы хотите этим сказать, милая фройляйн?

– Только то, что сказала, – неумело подыграла ему она, залпом допила остатки кофе, встала и откланялась.

Кому как, а японским офицерам понравилось.

Мейзингер при этом оставался сидеть, как посрамленный на людях сварливой женой бедолага. Ему только и оставалось, что развести руками и, извиняясь, произнести:

– Таковы немецкие женщины, господа, характер – огонь! Предлагаю выпить за их здоровье.

Японцы, поняв на свой лад сказанное, заметно повеселели и с энтузиазмом стали наполнять коньяком свои стаканчики. Никто даже не заметил, что на самом деле творилось у Мейзингера внутри. Там уже была готова взорваться не граната, а бомба! Он вдруг прозрел и даже протрезвел немного оттого, что его осенило: «Вот ты и попалась, фройляйн. Вот кто пишет доносы. Теперь тебе капут!»

Когда Беккер решительно покинула ресторан, показалось, что за ней завихрился ветер. Веннекер посмотрел ей вслед и повернулся к Зорге:

– Вот так фурия! Говорят, эта гадина шпионит за всеми и пишет доносы.

Зорге усмехнулся.

– Будь уверен, ты тоже в первых списках, – решив, что Зорге не вполне понял, уточнил тот.

– Даже не сомневаюсь, – ответил Рихард. Он понимал, что сказанное имело под собой основание. Веннекер, наряду с официальной работой, нес ответственность за деятельность немецкой разведывательной сети в Восточной Азии, связанной с Абвером, и словами, не разбрасывался.

– Знаешь, Пауль, – закурив сигарету, произнес Зорге, – мне кажется, что Мейзингер не спустит Беккер своего унижения перед союзниками.

Тот, приподняв бровь, согласно кивнул:

– Этот грязный наци уж постарается проглотить ее, как питон кролика в Берлинском зоопарке.

Зорге для Веннекера был, пожалуй, единственным человеком в посольстве, с которым он мог, не особо таясь, нелицеприятно отзываться о нацистах, которых искренне не любил, называя их «грязными наци». А ведь в начале знакомства они оба отнеслись друг к другу с недоверием и подозрительностью, пока не почувствовали, что многие вещи воспринимают под одним углом зрения. Был случай, когда Веннекер, уехав в отпуск в Германию, решил навестить мать Рихарда. Увидев обширную библиотеку друга, он попросил разрешения осмотреть ее и неожиданно для себя обнаружил на одной из полок брошюру Зорге о революционерке Розе Люксембург. Марксистский подход к изложенным событиям поразил Веннекера. Понимая, чем могло обернуться дело для автора и его родных, попадись книга в руки гестапо, он взял ее с собой. Вернувшись в Токио, Веннекер положил книгу перед Зорге и спросил друга-нациста: «Ты коммунист, Рихард?» Зорге ответил, что был когда-то розовым и глупым, как многие в ту пору мечтательные юноши. Но с этим давно покончено. И сжег книгу. Веннекер удовлетворился таким ответом и вскоре стал больше доверять Зорге. Как ни странно, марксистская книжка о Розе Люксембург укрепила доверие между ними.

Глава 26

Следователь Танака не относился

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.