Зорге. Последний полет «Рамзая» стр. 15
детей посла, и в другом китайская статуэтка, изображающая застывшую в порыве перед взлетом птицу, – для Хельмы.
Разделив восторги с семейством по случаю полученных подарков, он немного еще побыл в гостях, рассказал пару занимательных историй об экзотических китайских нравах и традициях и вскоре, попрощавшись с детьми и их матерью, направил свой мотоцикл в сторону «Золота Рейна».
В ресторане недостатка в посетителях, как всегда, не было. Зорге вошел в зал и не успел осмотреться, как его окликнули:
– Рихард, дружище, иди к нам!
Зорге оглянулся на голос, это был полковник Мейзингер. Он приветственно поднял руку, словно удостоверяясь, что Зорге понял, кто именно его звал.
– Рад тебя видеть, Рихард! Ты уже вернулся, дружище? Присоединяйся к нашей компании!
Зорге махнул в ответ и направился в его сторону.
За столом с Мейзингером сидела платиновая блондинка лет тридцати, с чертами истинной арийки и колючим взглядом серых глаз. Опустошенная на четверть бутылка дорогого французского коньяка свидетельствовала о том, что присоединиться придется к компании, где уже созрела теплая дружественная обстановка. Мейзингер отодвинул стул гостю.
– С удовольствием присоединюсь, – произнес Зорге, кивком поприветствовав даму, перед тем как сесть.
– Урсула, позвольте вам представить моего друга Рихарда Зорге… э-э, черт! – разразился Мейзингер: – О чем это я? Вы же оба из «Франкфуртер цайтунг». Коллеги!
– Дорогой Йозеф, мы знакомы с Рихардом, только заочно. Я работаю в газете лишь год, – произнесла дама, – и знаю его по прекрасным публикациям. Он такая знаменитость! В Берлине его цитируют. Я же приехала как стажер, набраться опыта. – При этом она скосила на Зорге взгляд и добавила: – Очень рада личному знакомству.
Зорге сразу понял, что эта штучка непроста, как пытается казаться, и решил подыграть ей:
– Весьма польщен вашим вниманием. Вы же – Урсула Беккер! Я не ошибаюсь?
– Разве вам присуще – ошибаться? Не поверю.
– Не ошибаются лишь боги.
– И фюрер! – с довольным видом прибавил к сказанному Мейзингер.
Урсула не удержалась от восклицания:
– Браво, Йозеф! За это стоит выпить!
Мейзингер разлил по фужерам коньяк. Когда все выпили, Зорге повернулся к Урсуле:
– Мне кажется, дорогая Урсула, вы скромничаете. У вас отличные публикации в газете. А ваша колонка с колкими обзорами советской прессы не может не вызывать восхищения.
– О, вы слишком добры. Неужели вы меня читаете? Я приятно удивлена.
– Если вам угодно. Но мне действительно нравится ваш стиль.
Урсула улыбнулась.
– Как вам Токио? – решив покончить с комплементарностями, поинтересовался у нее Зорге.
– Город интересный, – ответила Урсула, – но, мне кажется, бросается в глаза избыточное подражание Западу.
Зорге не возражал, лишь уточнил:
– Япония развивается, стремится к модернизации. Это неизбежно ведет к заимствованию.
– Именно! – вставил реплику Мейзингер, вновь потянувшись к бутылке и, пока непринужденная беседа не успела обрести более серьезные контуры, плеснул в фужеры коньяка. – Господа, хватит о серьезном, предлагаю выпить и расслабиться!
Поддержав предложение, Зорге сделал маленький глоток. Но Урсула то ли не поняла, то ли не услышала пожелания Мейзингера, а может, решила заявить о себе как серьезный журналист и задала военно-политический вопрос:
– Рихард, а что вы думаете как опытный журналист о перспективе японо-китайской войны?
– Война приняла затяжной характер, обе стороны не готовы уступить, но и не способны победить, – лаконично и просто ответил он.
– Это на руку Германии, –