Библиотека

Жребий брошен стр. 112

Размер шрифта
-
+
Тема

шкурки, коврами, пол же был набран из разноцветных древесных пород в геометрический рисунок из треугольников, пентаграмм, квадратов и прочих фигур. Причем рисунок нигде не повторялся, а значит, скорее всего, нес какую-то смысловую нагрузку. Помимо свидетельства о высокой культуре строителей этого зала, их чувстве прекрасного, мастерстве, эта красота свидетельствовала еще об одном знании каимцев: они умели мыть пол. Как ни смешно, но такая мудрость была известна в этом мире далеко не всем. Владельцы европейских замков, например, грязь на полах предпочитали просто забрасывать соломой. Слой за слоем. И так на протяжении столетий.

— Жалко, сгниет все это лет за триста в труху, и не увидит больше никто. Даже следов, кроме слюдяной крошки, не останется, — пробормотал Олег и тут же получил тычок меж лопаток:

— Заткнись, уродец!

Боль пробежала по всему телу, от плеч до пальцев на ногах, и Олег понял, что не парализован — чувствительность сохранилась. В общем, когда ему опять наденут петлю и поставят на цыпочки — пару часов он продержится. А может, и нет — сейчас ведун не падал только потому, что с двух сторон его поддерживали воины.

— Великий Раджаф! — неожиданно сложился пополам старший. Остальные ратники тоже склонили головы.

Спустя несколько мгновений из-за изгиба стены появился уже знакомый путникам мужчина с вытянутым лицом. Голову его венчал большой тюрбан, увенчанный крупным кристаллом горного хрусталя. Халат правителя очень походил на тот, в котором он сдавался в плен, но только теперь он был темно-зеленого цвета, с голубой шелковой вставкой на груди.

Правителя сопровождали двое стариков пониже ростом, в тюрбанах без всяких украшений, в халатах из атласа, но какого-то серого, бесцветного. Зато старцы были седовласы и длиннобороды.

— Я знаю, вы стремились во дворец богов, чужеземцы, — остановился перед пленниками Раджаф. — Можете радоваться, вы в него попали.

— Красивое место, — ответил Олег. — Нас повесят здесь, или лобное место где-нибудь на задворках?

— Ты торопишься умереть, чужеземец?

— У меня все так болит, Раджаф, что, чем скорее, тем лучше. Коли все равно помирать, то хоть такая радость.

— Великий Раджаф! — опять схлопотал удар по лопаткам ведун.

— Похоже, вы считаете меня кровожадным чудовищем, чужеземцы? — милостиво улыбнулся правитель. — Это ложь. Не знаю, что вам наговорил мой брат, но это именно он изгнан из страны за служение злу, за поклонение богу смерти.

Правитель резко повернулся, взмахнув полой халата, прошелся перед пленниками, остановился, вперив взгляд в ковер.

— Вы считали, что служите добру, но на самом деле служили на стороне зла. Разве вы не уразумели этого, когда получили под свою руку войско из мертвецов? Я понял, что вы обмануты, когда вы приняли присягу от жителей Кивы. Ведь ты, воевода, по уму, перебить их всех должен был, опосля оживить, да в войско свое принять. Но ты, заместо того, чтобы себя усилить, свободу и счастье им пообещал, да в целости селение оставил. И с Ламью так же, и с Птухом, и с Аналарафом. Тысячи смертных, что на службу себе мог обратить, живыми оставил! Однако же, что обманут ты, после первого города я понял. Что добро в твоем сердце и совесть живы, а злу вселенскому ты по ошибке служить присягнул. Ведь так, чужеземец?

— У меня есть хороший способ определить, где зло, а где добро,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.