Жрица голубого огня стр. 148
Дней поджидают не забывшие обид давние враги… – Для Черной во дворце нынче полное раздолье!
– Ну и как мы внутрь попадем? – все еще недоверчиво спросил Хакмар, разглядывая выходящую в переулок глухую, без единого окошка, стену толстого непрозрачного льда.
– Скрытно и предельно осторожно, – деловито сообщила девчонка. – Там внутри полно жриц, и все до ушей накачаны Огнем, поэтому нам нужно в безлюдное место. Какую-нибудь кладовку или заброшенное хранилище…
– Вот они! Попались, бандюги! Хватайте их, братцы, да поосторожнее с девчонкой, она меня заморочить пыталась!
Из соседнего переулка, размахивая мечом, выскочил все тот же старый знакомый – мелкий мужичонка с куртке Храмового десятника! А за ним, выставив копья, отряд Храмовой стражи!
Аякчан взвизгнула и, ухватив мальчишек за руки… прыгнула прямо сквозь толстенную ледяную стену.
– Кха-кха-кха… Как ты… это сделала? П-предупреждать же н-надо, кха-кха… – Хакмар согнулся пополам от кашля. Ртом он жадно хватал воздух, пот заливал красное лицо мальчишки. Он с трудом выпрямился, недоверчиво уставившись на стену – в голубоватом льду красовались три темных пятна, очертаниями напоминавшие двух мальчишек и девочку с разметавшимися волосами! В толще льда, словно вмороженный туда, висел свалившийся с Аякчан платок. Хакмар еще раз сильно потянул носом воздух – и выпрямился, озираясь по сторонам.
– Как-то это мало похоже на кладовку… – пробормотал он.
– Но безлюдно же, – растерянно возразила Аякчан.
Они стояли в центре огромного зала. В глубине мерцали вытесанные изо льда четыре трона – два из молочно-белого льда и два из черного, – роскошные и величественные настолько, что даже становилось слегка смешно. Аякчан криво усмехнулась – албасы, в своих мирах всего лишь беспечные и бесполезные дочери верховных духов, здесь, в Средней земле, никому не позволяли забыть, кто на Сивире хозяйки! Не сдержавшись, девочка фыркнула. Тысячедневные мудрые правительницы – а ведут себя точь-в-точь как Тайрыма, каждый миг напоминавшая окружающим про силу своего рода и богатство отца!
– А мне нравитс-ся, – с коротким смешком сообщил старушечий голосок. Из-под потолка на сиденье трона неспешно опустилась черная женщина. Ржавые зубы насмешливо скалились, железная ноздря с шумом втягивала и выпускала воздух. – Верно я говорю, ты? – Черная переползла на другой трон и, кажется, собралась схватить за растрепанные волосы спланировавшую на ступеньки Синяптук. Но лишенная кисти культя ее единственной руки только ткнулась толстой жрице в голову. Молчаливая и безучастная Синяптук качнулась, как кукла, и не ответила. Черная женщина злобно зашипела, косясь на Аякчан, и, как белка, перепрыгнула на третий трон…
А чего коситься-то, спрашивается – она ей, что ли, ручку отгрызла? И вообще, не тянула бы свои черные немытые пальчики куда не надо – было бы чем толстых мальвин за волосы таскать! Нельзя иметь все сразу!
– Еще бы тебе не нравилось, – делая аккуратный шажок поближе, в тон ей откликнулась Аякчан. – Ты с нашими верховными с одного гнилого болотца клюковка!
– Так ведь и ты, с-сестричка Аякчан, и ты! – засмеялась Черная. – Только тебе удача привалила, удрала ты оттуда да других с с-собой прихватила. А меня не взяла!
– Похоже, и в предыдущем рождении у меня голова работала, – пробормотала Аякчан, еще на один осторожный шаг приближаясь к трону.
– Бедненькая я, несчш-ш-шастненькая, обделенная! – растягиваясь поперек всех четырех тронов, взвыла Черная, отчаянно дрыгая в воздухе ногами.
– А тебе