Журавленок и молнии стр. 278
из-под вина и масла. В нишах стояли ржавые доспехи. На стенах висели облезлые щиты с рыцарскими гербами. Их затягивала паутина. Было зябко. Стук деревянных колес разносился под сводами. В разных концах подземного зала чернели входы в неосвещенные коридоры.
– А привидений здесь не бывает? – осторожно спросила Золушка.
– К сожалению, нет, – вздохнул принц.
– Значит, мы здесь одни?
– Конечно, – храбро сказал Генка Петух, которому, кажется, было неуютно.
И в этот момент издалека донесся неясный дребезжащий голос.
– Ой… – сказала Золушка.
– Ай, – нечаянно сказал Петух.
Принц тоже чуть не сказал "ой", но тут же взял себя в руки
и засмеялся.
– Не бойтесь! Это знаете кто? Бывший министр Унутренних дел. То есть его граммофон. Пойдемте посмотрим.
Они на цыпочках прошли в темный коридор, где светилась большая замочная скважина. В эту скважину они по очереди заглянули.
Камера бывшего министра выглядела вполне уютно. Висел ковер, стоял мягкий диван. Большой стол, покрытый плюшевой скатертью, был уставлен тарелками с яблоками, сосисками и пирожками. На тумбочке красовался старинный граммофон с громадной трубой. Вертелась пластинка, а из трубы вылетала дребезжащая песня:
О великая Унутрия,
Ты прекрасней всех на свете!
На заре тебя на утренней
Славят взрослые и дети.
И совсем-совсем не нужен нам
Никакой заморский край.
Ты прекрасна, как жемчужина!
Ты прекрасна, так и знай!
– Какая хорошая песня, – прошептала Золушка. – И какой противный дядька. Что он там делает?
– Перевоспитывается, – сказал принц.
Но бывший министр, кажется, не перевоспитывался. На песню он не обращал внимания, зевал и время от времени глотал, не жуя, длинные сосиски.
– Ну ладно, сейчас мы устроим тебе небольшой цирк… – пробормотал принц. Он вынул из кармана что-то маленькое и серебристое. При свете, падавшем из скважины, стало видно, что это баллончик – вроде тех, что делают для сифонов с газировкой.
Но ни Золушка, ни шут не поняли, зачем он.
Принц шепотом сказал:
– Вообще-то это государственная тайна. Но вы ведь не выдадите, верно?
Золушка и Генка Петух таким же шепотом поклялись молчать, как надгробные камни.
– Это баллончик для пуганья, – проговорил принц. – Тут вот в чем дело. Раньше в подземельях старой крепости и дворца водились настоящие привидения, а теперь куда-то повывелись. А туристы все требуют: подавай им тайны и призраков. Ну, папа и попросил мастера фон Ура сделать специальный газ… Мастер фон Ур – это отец Томми Стрелки. Он не только специалист по часам, а вообще ученый… Вот он и придумал этот газ. Его выпустишь облачком, а оно принимает форму привидения: то мертвец в кровавом саване, то монах в капюшоне, то бывшая завуч Королевской гимназии в белом платье. Часа три держится, не развеивается. Только перелетает по воздуху, если сквозняк…
– Ух ты… – восхищенно прошептал Генка Петух. – Эдька, где взял?
– Я просил, просил у папы, он и не выдержал, подарил один. Только велел в школе не баловаться. Но мы сейчас не в школе…
Эдоардо вставил в замочную скважину горлышко баллона и нажал кнопку. Раздалось змеиное шипение.
Ничего не было видно, зато было слышно, как бывший министр Унутренних дел басом сказал:
– Вам чего?
Потом он сказал тонким голосом:
–