Библиотека

Звёздная Кровь. Изгой IX стр. 22

Размер шрифта
-
+
Тема

жизней? Этот вопрос ударил меня, как разряд тока, пронзив туман ядовитого дурмана.

Время для философских размышлений кончилось в тот же миг. Фиа извернулась под мной со змеиной гибкостью, её рука метнулась к поясу, чтобы вновь выхватить стилет. И я принял необходимость – могу. Могу и сделаю. Потому что это был тот самый пресловутый выбор меньшего из зол, о котором так любят рассуждать сытые мудрецы в тёплых кабинетах. Никак иначе поступить было уже нельзя. Мой кулак, тяжёлый, как молот палача, опустился на её точёные черты лица, на надменный изгиб губ. Послышался мокрый, отвратительный хруст ломаемых костей. Но этого было мало. Она яростно заорала, извиваясь подо мной, как пойманный в силки зверь, её ненависть и воля к жизни были не сломлены, а лишь распалены болью.

Тогда я схватил её за плечи, ощутив под пальцами, как напряглись её мышцы, и с силой, которой во мне почти не осталось, ударил её затылком о каменные плиты. Один раз. Второй. Третий! Раздался мокрый, отвратительный звук, и её тело вдруг обмякло, превратившись в безвольную, тяжёлую куклу. Она, что называется, поплыла и перестала сопротивляться. Мои руки, почти наощупь, будто живя своей собственной, отдельной жизнью, нашли её шею – тонкую, тёплую – и сомкнулись на ней стальной, неотвратимой удавкой.

И в это самое мгновение я снова заколебался. Яд, до этого мутивший сознание, вдруг отступил, подарив мне одну-единственную секунду пронзительной ясности. Зрение прояснилось, и я увидел её лицо. Разбитое, залитое кровью, искажённое болью и предсмертной яростью, но всё равно, даже в этом уродстве, отчаянно, невозможно живое и по-своему прекрасное. Я смотрел в её широко раскрытые глаза, и не было в них ни страха, ни ненависти. Лишь холодная, стальная, несгибаемая решимость. Вероятно, в точности такая же, как у меня. Мы были зеркалами, отражающими друг в друге один и тот же смертельный оскал необходимости.

И тогда я вспомнил. Не просто вспомнил – я увидел, услышал, почувствовал запах. Обугленные, скрюченные тела на палубе «Дрейка». Омерзительный запах жжёной человеческой плоти, въевшийся, казалось, в самую мою душу.

Пальцы сжались сами собой, выдавливая из этого красивого, сильного и гибкого тела воздух и саму жизнь.

Или она, или они. Или она, или я. Необходимость. Жестокая, слепая и неотвратимая, как и вся жизнь в Единстве. Я не знаю, сколько это продолжалось. Секунды растянулись в липкую, душную вечность. Я смотрел в её затухающие глаза и чувствовал, как под моими пальцами что-то с сухим, омерзительным хрустом ломается. Её тело в последний раз дёрнулось в агонии, выгнулось дугой и затихло навсегда.

Когда её дыхание прекратилось, я на мгновение закрыл глаза. Эта победа, если можно было назвать это так, не принесла ни облегчения, ни удовлетворения. Только горечь, подобную пеплу, и холодную, звенящую пустоту внутри. Я убил её. Я задушил женщину на мокрой крыше этой прекрасной пасторальной долины. Её лицо, разбитое и прекрасное, будет преследовать меня в кошмарах до конца дней. Но я также знал, с той же убийственной ясностью, что если бы я не сделал этого, все, ради кого я сюда пришёл, были бы обречены.

Я медленно, с нечеловеческим усилием, поднялся, шатаясь от нового, ещё более мощного приступа. Мир вокруг качался, как

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.