2018: Далёкое Отечество стр. 211
Был верхом, но коня загнал. Сказал — дело жизни и смерти.
Центурион посмотрел на орка. Молодой, совсем ещё мальчишка — лет четырнадцати, не больше. Орки взрослеют рано и заметно — сразу же сильно раздаваясь в плечах, а этот ещё довольно поджарый. Обычная кожаная куртка, которую половина северян носит, на поясе — пустые ножны. Оружие фейри наверняка отобрали на всякий случай.
— Имперец, — криво оскалился орк. — Я из Лесной унии… Дикие идут с Хорасана… Гефара скоро падёт… Альдераман молчит… Вы — следующие…
Ноги мальчишки подкосились, но оба разведчика-фейри успели его подхватить.
— В лазарет, — коротко скомандовал Аэций. — Все разъезды — по коням, прояснить обстановку. Гарнизон — в копьё, отправить гонца в Дорпат, связист — гелиографируй: «Прибыл гонец из Эос Гефара, сообщил — с севера идёт орда. Выясняем обстановку, ждём приказов».
— Я немедленно отправлю весть Её Высочеству, — негромко произнесла подошедшая Юна. — У федералов есть хорошая разведка с воздуха — они могут помочь.
— Понял вас, — кивнул легионер. — В таком случае… Доброй дороги, сира Юна.
— Берегите себя, центурион, — улыбнулась девушка. — Мы ещё не закончили наш разговор.
* * *У входа в часовню недвижимыми статуями застыло двое преторианцев, даже не шелохнувшихся, когда мимо них прошла золотоволосая фейри в длинном белом платье с пурпурной оторочкой.
Императрице Лариссии не пришлось долго искать супруга посреди огромного некрополя — за сотни лет у правителей Нового Рима не появилось привычки навещать могилы предков. Зато они нередко приходили поразмыслить о чём-нибудь в одиночестве в часовне Эмрис.
Небольшой каменный купол — словно уменьшенный в десятки раз купол Сената, четыре небольшие башенки по периметру, скромная отделка да тяжёлая дверь из каменного дуба. Никаких роскошных барельефов, никакой роскоши или даже лепнины — лишь серая громада каменного короба посередине да статуя Норин Гекаты над ним.
Собственно, изначально никакой часовни тут не было, а было лишь место последнего упокоения шестого апостола богини Эмрис — Норин Гекаты. Каменная глыба, будто бы высеченная из одного куска скалы, на самом деле — саркофаг, что был наглухо замурован магией других апостолов. Статуя чёрной жрицы — в натуральный рост, посмертная, но сделанная скульптором-фейри, что лично был знаком с Норин. Странное то ли платье, то ли доспех, короткий военный плащ на плечах. Лариссии, что и сама уже разменяла столетие, всегда было немного не по себе от взгляда апостола, запечатлённого в камне — немного грустного, немного уставшего, но видевшего столько, что обычного смертному даже и не снилось.
Апостол Эмрис без божественного клинка — не апостол, но руки статуи были пусты, а её знаменитый двуручный меч был до половины воткнут в каменное основание перед саркофагом. По легенде Норин перед смертью воткнула его туда сама и сама же наказала, что написать под ним вместо собственного имени и эпитафии.
«Той, что достойна».
Что она имела в виду? Кто знает… Кто-то из предыдущих императоров считал, что надпись следовала понимать как «могила той, что достойна забвения» — отсюда и отсутствие имени. Кто-то говорил, что наоборот — «место упокоения той, что достойна почестей». Кто был прав? Возможно, что все и никто — Норин Геката никогда не славилась шутками в отличие от других своих сестёр, но загадывать загадки умела хорошо, как