Аббарр. Песок и пламя стр. 382
висел у неё на шее в день встречи с Зурри в парке.
Ашри замерла, видя теперь, как сильно он похож на амулет Аббис – тау.
Девочка закрыла глаза и чуть слышно замурлыкала мотив. Ашри уже слышала нечто подобное. Тогда в приюте ночью, в шуме труб и после, когда звучала шкатулка. Дыхание Сиолы коснулось ключика, и он вспыхнул огоньком. Огонёк оторвался от ладошки и принял форму крохотной золотой птички. Итари-прислужник взвился и юркнул в замочную скважину.
Сиола открыла дверь, и Ашри зажмурилась от света: за порогом лежали белые, как кости Энхар, пески, а вдали в лёгком мареве дрожали золотые шпили.
– Золотой город, – выдохнула элвинг.
Золотая птичка уже трепетала крыльями, маня за собой.
– Но как? – Ашри опешила. – Как такое возможно?
Сиола уже перешагнула порог и шла по песку вслед за крошечным огоньком. Зурри остановился, и Ашри услышала его голос в голове:
«Я тоже слышал золотой зов. Как только стал другим, внутри меня словно что-то проснулось, и оно неодолимо тянуло меня куда-то. Теперь я знаю куда, – бист показал на виднеющийся город. – Но ещё я знаю, что ты, Вэлла Ашри, не сможешь пойти с нами.
– Почему? – Ашри почувствовала обиду и волнение. Она не хотела опять оставаться одна.
– Это не твой путь и не твой ключ. Дверь не пропустит тебя.
Ты и есть ключ ко всему.Зурри переступил с лапы на лапу, бросил торопливый взгляд на Сиолу, потом на Ашри.
– Тогда иди, не стоит заставлять принцессу ждать, – улыбнулась Ашри и обняла огромного синего монстра. – Как встретимся вновь, расскажешь о своём приключении.
Бист кивнул и шагнул через порог на белый песок. Через несколько шагов он нагнал маленькую аллати и усадил себе на плечо, чтобы жар пустыни не обжёг её ног.
Зурри и Сиола были похожи на героев легенд. Дети, прошедшие сквозь Бездну, сосуды Искры и Пламени, предназначение которых было скрыто от взора элвинг.
Ашри смотрела, как тают силуэты, как дрожит воздух над пустыней, чьего названия она не знала. А после закрыла дверь дома и опустилась на ступени крыльца.
Золотой итари был соткан из пламени Имола. Чистая искра, способная гореть, была доступна лишь одному виду существ во всём мире – перерождённым бистам. Именно за павшим оплотом Имола лежала граница Мэй и начинались белые пески, неизведанные и бескрайние. А значит, эта дверь открылась обратно в Тхару. Открылась ключом от шкатулки, что впустила Гаара в Аббарр.
Теперь Ашри знала, что обращение меняет природу, но не лишает разума, а раз так… Где-то там, скрытая от глаз суевериями, таится сила, чья природа и мощь неизвестны. Сила, прогрызшая дыры в обороне белого города и призвавшая новое воплощение белого щенка на свою сторону.
Так много нитей и так сложен узор их плетения!
* * *Она не знала, сколько времени проведёт в Бездне. Земля Безентару, богини Интару, вобравшей в себя Хаос, Тёмная земля, Тхатару, Дартау – сколько имён было у межмирья? Долина, где не было Орта и звёзд, дня и ночи, лишь туман и кружащий в вечном сумраке пепел. В Северных землях верят, что есть время между днём и ночью, граница света и тьмы. Дартау – равные сумерки. И если этот момент настигнет