Библиотека

Аббарр. Песок и пламя стр. 79

Размер шрифта
-
+
Тема

отданы тем, кто заслужил их не родовитой кровью, а своими делами и службой. Это вызвало огромную любовь народа к правителю; и чем сильнее крепла эта любовь, тем больше ненавидели Избранного главы Домов. Но, казалось, в последнее время напряжение и противостояние спало. Орму кинул кость родовитым, создав малый совет и удовлетворив их прошение о местной власти. Но, видимо, недовольство переросло в нечто большее… Дхару удалось как-то узнать про заговор? Или… Он сам был его частью?

* * *

Карш открыл глаза. Вроде лишь моргнул, а огненный диск успел коснуться земли своим пузом.

– Хотела тебя разбудить, – элвинг бросила взгляд на Марага и отвернулась, – но не было смысла. Он не просыпался…

Караванщик непонимающе глянул на элвинг, перевёл взгляд на спавшего биста. Что-то изменилось.

«Ну же!» – мысленно попросил Карш, но одеяло не дрогнуло.

Несколько шагов дались с трудом. Он не хотел принять то, о чём уже успел догадаться. Яркое вармийское одеяло и такое бледное и юное лицо. Карш опустился на колени, взял руку Марага в свою.

– Настоящее приключение, – с горечью произнёс Карш. – Глупец!

Караванщик стиснул зубы. Ашри молчала. Даже пески перестали петь.

– У него не было шансов, – вздохнула элвинг.

– Был! – зло прорычал Карш. – Я не должен был его брать с собой… Тогда бы у него был шанс!

Элвинг отступила. Она не стала утешать или осуждать, и от этого на душе караванщика стало ещё гаже.

Карш достал последнего «дракона» этого каравана, сложил руки Марага на груди и подоткнул монету в ледяные пальцы.

– Купи себе выпивки на той стороне, – тихо проговорил Карш и провёл пальцем по лбу Марага линии, складывая их в треугольник нижней части песчаных часов. Время однорогого биста вышло. – И передай привет моему старику.

Карш прочёл древнюю, как сама пустыня, молитву, прочерчивая духу путь в пески иного мира. После потянул шнурок на шее Марага, пока не показался омэйро. Карш рассёк сплетённые нити ножом, сжимая прозрачный камень в руке. Опустил покрывало, с головой укрывая тело, и, поднявшись, подошёл к краю карниза. Долгим взглядом он окидывал пески.

– Мэй – ненасытна. Она алчет живых сердец. Теперь Мараг будет водить караваны на той стороне.

Он слышал, как Ашри поднялась и, подойдя, остановилась в паре шагов за его спиной.

– Когда караванщик уходит за край мира, ему больше не нужен ни один оберег. На той стороне его будут хранить дела, совершённые при жизни.

Карш разжал руку, и камень, блеснув, исчез:

– После смерти сердце омэйру возвращается в песок. Так оно проживает жизнь за жизнью. Вначале на крыльях птицы, затем на груди караванщика. Однажды оно снова сольётся с живым сердцем и будет его беречь. И оно будет помнить обо всех своих прошлых жизнях, становясь сильнее. Мы верим, что караванщик запечатывает в омэйро часть своей души, и, уничтожив его, можно потерять способность любить. Стать песком, что примет любую форму, чтобы достичь своей цели.

Карш накрыл ладонью свой амулет, висящий под одеждой.

– Будь мы у Кромки, по ту сторону белых песков, о нём бы позаботились хитару, странники песков и слуги времени, те, кто путает след в песке и провожает мёртвых до Порога. А тут, – Карш развёл руки. – Это место хуже забвения.

Караванщик оглянулся на элвинг.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.