Аферист Его Высочества стр. 51
пришел сам и купил у него понравившуюся вещь, тотчас выложив за нее требуемую сумму, – тогда совсем другое дело. Такому покупателю он отдал бы даже то, что нравилось ему самому или Раисе Ивановне….
– Ваш чай, барин.
Голос лакея вывел Андрея Федоровича из задумчивости:
– Поставь на стол.
Лакей поставил поднос на кабинетный стол и остался стоять в позе, которая явно выражала безмолвный вопрос:
«Чего еще изволит барин»?
– Ничего, – ответил на сей вопрос Андрей Федорович. – Ступай.
Когда лакей ушел, Лихачев снова вперил взгляд в тициановского «Карла». Император смотрел вдаль, его худое породистое лицо выражало непреклонную решимость, а на боевых латах отражались лучи солнца. Глаза Карла Пятого были ясны и чисты. Ему все понятно: там, в обзорной дали, враг, которого он должен победить (и победит ведь!). Четкость мыслей и намерений императора была даже завидна. Вот счастливчик…
– Барин!
– Да? – обернулся на голос Лихачев.
– К вам визитер.
– Кто?
– Всеволод Аркадьевич Долгоруков.
– Князь Долгоруков? – удивленно вскинул брови Андрей Федорович.
– Не могу знать, – по-военному отрапортовал лакей.
– Хорошо, зови.
Лихачев принял господина Долгорукова в гостиной.
– Не имея чести быть лично знакомым с вами, – заявил с порога гость, – я все же позволил себе нанести вам визит, обуреваемый постигшей меня страстью, с которой уже нет сладу. Вследствие этого покорнейше прошу отнестись
к моему появлению непредвзято и со снисхождением, как к своему будущему коллеге.
Гость, плотный господин среднего роста, дружески посмотрел в глаза Андрея Федоровича и протянул руку:
– Разрешите представиться: Всеволод Аркадьевич Долгоруков. Не князь, – добавил он, улыбнувшись. Улыбка была доброй и подкупающей.
– Лихачев, Андрей Федорович, – пожал протянутую руку гостя собиратель древностей. Пожатие было вялым, на что Сева заставил себя не обратить внимания. – Чем могу служить?
– Дело заключается в том, – начал Долгоруков, – что я желал бы сделаться коллекционером. И желание это настолько огромно, что я совершенно не могу с ним сладить. Ну, а ежели не можешь сладить с каким-либо желанием, остается одно – принять его к исполнению, верно ведь? Стать коллекционером и есть моя страсть. Только вот, – Сева сделал растерянное лицо, – я не знаю, с чего начать. Именно это и послужило причиной моего к вам неожиданного, за что еще раз прошу прощения, визита. Ведь вы, как мне сказали, самый крупный и знаменитый коллекционер и собиратель древностей во всем Поволжском крае, а может, и во всей Срединной России.
Андрей Федорович смущенно опустил глаза:
– Полагаю, что в Срединной России все же имеются собиратели древностей, имеющие большие и достойные коллекции.
– Возможно, – легко согласился Всеволод Аркадьевич. – Однако вряд ли кто из них сможет похвастать столь обширной нумизматической коллекцией восточных монет, как у вас, или краснофигурным апулийским кратером четвертого века до Рождества Христова…
* * *Что такое профессионал, господа?
Во-первых, настоящий профессионал – это человек умный. Даже остроумный. Но не в том смысле, что способный острить и шутить так, чтобы все кругом покатывались бы от смеха. А в смысле умеющий остро чувствовать вставшую перед ним проблему и решать ее быстро, оптимально и наилучшим способом. Причем столь наилучшим, что другие смогли бы решить подобную проблему гораздо хуже.
Во-вторых, настоящий профессионал – будь он мошенник и аферист, товарищ председателя Государственного Совета, водопроводчик или камердинер при генерал-губернаторе, – должен быть