Афинский синдром стр. 23
кораблей меньших размеров. Я со своими спутниками быстро вернулся на «Москву», предполагая, что эти подданные королевы Виктории приближаются к Пирею с недобрыми намерениями.
Дело в том, что сразу, как только мы вошли на внешний рейд Пирея, порт немедленно покинул британский корвет-стационер. Я предполагал, что он ушел навстречу британской эскадре, которая, как писали газеты, вышла с Мальты в сторону Проливов. Мы посчитали, что британский адмирал захочет спровоцировать вооруженное столкновение с крейсером «Москва», или с корветом «Аскольд», находящимся в Пирее в качестве стационера. Так оно и случилось. Подошедшая к Пирею эскадра предъявила ультиматум, который звучал примерно так. — «Сдавайтесь, или будете уничтожены!»
Государь был ошарашен. — Что я слышу, Сашка! — Эти британские мерзавцы осмелились напасть на корабли под андреевским флагом? — Без объявления войны?! — Недоумение переросло в настоящий царский гнев. — Какая неслыханная подлость и наглость!
— Да, ПапА, именно так и произошло, — продолжил свой рассказ цесаревич. — Этих бешеных британцев не остановил даже вымпел на мачте «Москвы», показывающий, что на корабле находится наследник Российского престола. Они флажным сигналом сходу потребовали, чтобы мы спустили флаги и сдались. Естественно, что и командир «Москвы», капитан 1-го ранга Остапено, и командир «Аскольда», капитан 2-го ранга Тыртов, наотрез отказались выполнить требование наглецов. А когда «Аскольд» вышел из бухты Пирея, намереваясь присоединиться к
«Москве» на внешнем рейде, англичане открыли по нему огонь.
— Это возмутительно! — Воскликнул Государь, от волнения чуть не оборвав шнур, который связывал микрофон с радиостанцией. — Неужели британцы считают нас чем-то вроде китайцев, которых можно безнаказанно унижать и убивать?!
— Но сегодня им это не удалось, — в голосе цесаревича зазвучали радостные и гордые нотки, — крейсер «Москва» в одиночку расправился со всей британской эскадрой за каких-то десять минут. Шесть мощнейших британских броненосцев на глазах у многих тысяч жителей Пирея пошли ко дну у входа в гавань. При попытке бегства с места сражения, расстреляны две канонерские лодки, фрегат и корвет. Два военных транспорта с войсками и артиллерией захвачены. С нашей стороны потери минимальные — на «Аскольде» повреждена верхняя палуба, убито два матроса, раненые шесть матросов и один офицеров. Все они размещены в лазарете «Москвы». Военный доктор, капитан-лейтенант Васильев заверил меня, что их жизнь и здоровье вне опасности. Сегодня вечером двух раненых, которым требуется хирургическая операция, на вертолете отправят в Константинополь.
На «Москве» повреждений и потерь в людях нет. Если конечно не считать надорванных от хохота животов. Неприятель же потерял, по самым приблизительным подсчетам, более пяти тысяч человек убитыми и утонувшими, и еще примерно столько же сумели добраться до берега, где и были интернированы греческими властями.
— Так им и надо! — Воскликнул Государь, — думаю, что после этой истории, спеси у них резко поубавится. Я немедленно прикажу наградить всех участников этого сражения. Саша, будь добр, приготовь наградные листы. И не стесняйся. Командирам «Москвы» и «Аскольда» — по Георгию 4-й степени, офицерам артиллерийских расчетов «Москвы», что топили британцев — всем по Владимиру 4-й степени с мечами. Прочим господам офицерам — «клюкву», всем нижним чинам кораблей — солдатские «Георгии». Капитану 2-го ранга Павлу Тыртову, кроме того, за верность долгу и мужество — следующий чин и золотое оружие за храбрость.
— Слушаюсь, Ваше Величество, — цесаревич снова перешел на официальный тон. — Я немедленно