Библиотека

Алексей Ботян стр. 70

Размер шрифта
-
+
Тема

по указке новых «хозяев». Он ведь по сути своей оставался нормальным советским человеком, которых в нашей стране тогда было очень и очень много и которых та самая «советская» жизнь вполне устраивала. Где-то ограниченные в «демократических свободах», эти люди в полной мере использовали свои права на труд, отдых, бесплатные медицину и образование.

Наверное, ощущая себя именно советским человеком, Дяченко, хотя его, как говорится, никто за язык не тянул, и рассказал Ботяну, что в Овруче, который оккупанты сделали областным центром, живёт его дальний родственник по фамилии Каплюк. Теперь он работает у немцев в гебитс-комиссариате, причём занимает там известное положение. Понятно, что Григорий был не лыком шит, так что про родственничка рассказал не из хвастовства или просто чтобы разговор поддержать. Старшина не мог не понимать, что его сведения являются «ценной оперативной информацией» и если эта информация вызовет интерес незваных гостей, то именно его, Григория, они попросят вывести их на своего родственника. Ну а если тот, паче чаяния, передаст партизан в руки гестапо, то отвечать придётся тоже ему, а может, и всей его семье. Не нужно объяснять, каков был бы ответ «по законам военного времени».

Полученную информацию Алексей принял к сведению, но ничего не предлагал и ничего не обещал. Когда стемнело, поблагодарил Дяченко за гостеприимство, крепко пожал ему руку, многозначительно сказав: «До скорого!» Тратить слова на предупреждения, чтобы о их визите никому не рассказывал, Ботян не стал: и без того было ясно, что старшина человек серьёзный и понимающий. Если же он вдруг работает на немцев, то тогда и подавно ни о чём предупреждать не надо. Подобная возможность, безусловно, не исключалась — война есть война. Гитлеровские спецслужбы тоже тщательно готовили своих сотрудников и агентов, тоже учили их вызывать доверие, казаться искренними и правдивыми, привлекать к себе людей, тщательно разрабатывали «легенды», умело готовили «ловушки», куда порой попадались даже опытные оперативники, не говоря уже о людях неискушённых. Понятно ведь, что родственник в гебитскомиссариате — приманка знатная, на такую партизаны вряд ли могли не клюнуть.

Однако Ботян почти не сомневался в искренности своего собеседника. И не потому, что он такой доверчивый — всё как раз наоборот.

«У папы было воистину звериное чутьё на опасность! Только потому он вышел целым и невредимым из всех своих передряг, — рассказывала нам дочь героя Ирина Алексеевна. — Он всегда знал, где и что его может поджидать, а потому как-то избегал всех ловушек. Именно — звериное чутьё!»

«Он мог бы сотни раз быть убитым, а уж десятки — это точно! — подтверждает Георгий Захарович Санников. — Если бы не его врождённое чувство опасности, на каком-то генетическом уровне… Мне кажется, он кожей опасность чувствовал, спиной ощущал чужой взгляд. В общем, интуиция, основанная на опыте, — и что-то врождённое, наверное. К тому же великолепная реакция — поэтому он всегда на долю секунды опережал того противника, который нажимал на спусковой крючок. Кстати, у него до последнего была очень хорошая реакция! Ботян и в сто лет стрелял без промаха…»

Есть ещё и такой вариант: Алексея Николаевича хранили некие высшие силы — и не надо тут скептически улыбаться!

Однажды Ирина Алексеевна рассказала, как уже давным-давно, после войны, ехали они с папой куда-то к знакомым

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.