Библиотека

Алиби для красавицы стр. 92

Размер шрифта
-
+
Тема

напомнить себе, что она знает свою бывшую одноклассницу много лет и что Виктория никогда не станет покрывать халатность и невнимательность коллег, если дело касается смерти человека. Не станет она беречь честь мундира. Во всяком случае, Надежда очень надеялась с ее помощью хотя бы узнать, откуда мог взяться злосчастный цветок, буквально напоенный ядом.

Виктория закрыла за Надеждой двери лаборатории и ненадолго задумалась перед раскрытой записной книжкой. Потом сделала несколько звонков, но неудачных: нужных людей на месте не застала, а те, кого застала, не могли дать полного ответа на интересующий ее вопрос: кто мог в последнее время работать с флюосцином. За каким чертом он кому-то понадобился?

Профессор взглянула на часы и заторопилась на лекцию, решив продолжить поиски вечером. На лекции она была непривычно рассеянна и даже не делала своих обычных язвительных замечаний парочкам, специально усевшимся на заднем ряду, чтобы обниматься. Они бы с удовольствием вообще не ходили на ее лекции. Но Виктория обладала феноменальной памятью на лица и помнила всех, кто прогуливал. А потом на экзамене бедолагам приходилось туго.

Не то чтобы профессор так сильно ненавидела студентов, просто токсикология – наука ответственная.

«Тогда шли бы на филфак, – неизменно повторяла она понурым двоечникам. – И что вас сюда занесло? Там хоть никого не уморите…»

По дороге домой Виктории Львовне пришла в голову одна мысль, и к тому времени, когда она добралась до дома, мысль эта приняла вполне конкретные очертания. Единственный, кто может что-то знать о флюосцине, – это Раймонд Генрихович Зайончковский. Когда-то очень давно он читал лекции у них на курсе, потом они встречались изредка, затем Виктория уезжала работать по контракту в Штаты и потеряла с ним связь. Вернувшись, она слышала, что профессор овдовел, проводил детей и внуков на постоянное место жительство в Германию. Но сам туда ехать категорически отказался. И теперь он устроился завлабораторией в Институт растениеводства, а поскольку финансирование там сейчас не ахти какое, то Раймонд Генрихович в своей лаборатории занимается своими собственными разработками, пытается реализовать свои идеи, насколько хватает средств. Начальство ему не очень мешает.

Виктория подумала еще немного и вспомнила точно, что несколько лет назад ходили разговоры про эксперименты профессора с флюосцином. Осознав это, она расстроилась, потому что очень не хотела, чтобы старик профессор был замешан в какой-нибудь темной криминальной истории.

Она набрала номер и недолго вслушивалась в гудки на том конце: Раймонд Генрихович быстро снял трубку. Он сразу узнал ее по голосу и очень обрадовался.

– Раймонд Генрихович, сейчас поздно, я вас не разбудила?

– Какое спать! – сердито ответил старик. – С этой бессонницей, чтоб ее совсем… очень рад буду с тобой поболтать…

Виктория не любила ходить вокруг да около. Поэтому, когда в ответ на ее вопрос профессор долго молчал, она забеспокоилась.

– Да, работали мы с флюосцином… – неохотно подтвердил Раймонд Генрихович, – но это было два года назад… Столько времени прошло… А почему тебя это интересует?

– Скажите… а у вас запасы флюосцина этого остались? – осторожно поинтересовалась Виктория, надеясь, что профессор ответит отрицательно и она с облегчением переведет разговор на другую тему.

– Кажется, нет… – неуверенно проговорил Раймонд Генрихович.

– Что значит – кажется? – Виктория невольно повысила голос. – Это

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.