Алый трон стр. 26
Ее слишком много. Мои руки не могут так сильно кровоточить.
Я всматриваюсь в Медху – в гримасу на ее лице, в темную кровь, медленно стекающую у нее изо рта. Мне хочется отшвырнуть ее в сторону и одновременно выпрыгнуть из окна. Так вот почему она не заорала.
Маленькая негодница буквально откусила себе язык.
Глава 5. Договор
У меня вырывается крик ужаса.
– Что ты… – Осознав, что ору, я немедленно сбавляю тон. – О чем ты только думала?
Илам хохочет. От его бурной реакции его у меня на мгновение темнеет перед глазами.
– Иэа… – Она пытается ответить, но крошечное тельце содрогается от боли.
Я тащу Медху ее к окну, чтобы рассмотреть рану. Язык потемнел, опух и выглядит совершенно отвратительно. Она терпела целых два часа. Как ей удалось высидеть дорогу? И что важнее, ради чего?
Такая же отчаянная, как ты, замечает Илам.– Слушай меня. – Я хватаю Медху за плечи и впиваюсь в нее взглядом. – Стой на месте. Я схожу за своим наставником. Если кто и поможет, то это он. Что бы ни случилось, никуда не уходи. Если кто-нибудь узнает, что ты обманом прошла отбор… Да поможет нам Рашматун!
Маленькая негодница решительно кивает. Свет в ее глазах тускнеет, как будто она только сейчас осознала серьезность своего проступка.
Раздраженно пыхтя, я выхожу из комнаты. Стоит ли удивляться, что Джирташ маячит прямо за дверью.
– Все хорошо, Бинса?
– Все прекрасно. – Я заставляю себя улыбнуться. – Мне просто нужно взять кое-что в библиотеке.
– Мне присмотреть за Медхой?
– Нет!
У Джирташ отвисает челюсть. Я редко проявляю чувства и теперь браню себя за несдержанность.
– Нет, – повторяю я другим тоном. – Она все еще в шоке и не желает никого видеть.
Джирташ сочувственно цокает языком.
– Прямо как Лутна. Эта девочка отказывалась выходить из комнаты две недели и только матери разрешала за собой ухаживать.
Такие истории не редкость. Переход от смертности к бессмертию случается внезапно, и даже лучшей из девочек тяжело приспособиться. У меня такой проблемы не было. Кавита скорее убила бы меня, чем позволила хандрить.
– Однако меня она не боится, – продолжаю я. – Положи еду и одежду в моей комнате, и я сама ей отнесу.
К счастью для меня и для Медхи, именно Ракхти отвечает за подготовку своей преемницы. Поэтому я наделена исключительными полномочиями приглядывать за ней в оставшийся мне срок.
Это означает, что никто, даже сестра Медхи, не имеет права вмешиваться в ее обучение. И никто не оспорит моего решения не выпускать Медху какое-то время из комнаты.
– Как скажешь, дитя, – отвечает Джирташ.
Я иду в библиотеку, где меня должен ждать Икта. Я ступаю нарочито медлительно, чтобы не выдать волнения. Сердце учащенно бьется в груди, ладони в холодном поту. Меня снедает беспокойство. Я заставляю себя сделать несколько глубоких вдохов, чтобы вернуть ясность мысли.
Илам тем временем наслаждается ситуацией. Интересно, знал ли он заранее, что все так сложится? Возможно.
Все будет хорошо, говорю я себе. Похоже, Медха откусила не весь язык, а только кусочек. Язык заживет, как заживают все раны. Вероятно, останется шрам, но это невысокая цена за ее глупость. На языке вообще остаются шрамы?
Путь до библиотеки занимает целую вечность. У меня вырывается вздох облегчения, когда