«Ангельская» работёнка стр. 54
Банни наклонился к его уху.
— Всем глубоко похуй, что ты хочешь сказать, сынок. Только шевельнись — и увидишь, что с тобой будет. Умоляю, дай мне повод, мне этого очень не хватает.
Банни сделал несколько шагов к Симоне.
— У тебя шок. Я вызову скорую и…
— Не надо скорой. Все нормально. Это простое недоразумение.
Банни мягко положил ей руку на плечо.
— Все в порядке. Теперь он не сможет тебя обидеть.
— Просто… забудем об этом.
Банни посмотрел ей в лицо и тревожно нахмурился.
— Он на тебя напал. Он собирался…
Она стряхнула его руку.
— Я в порядке. Я не буду выдвигать никаких обвинений.
— Но…
Райан
медленно обернулся.
— Вот видите. Я… я ухожу.
Он двинулся на дрожащих от ужаса ногах, намереваясь уйти. Банни рванулся вперед, отводя назад левый кулак.
— Пусть идет! — чуть ли не выкрикнула Симона.
Банни обернулся и посмотрел на нее глазами, полными непонимания. Она опустила голову, не в силах встретиться с ним взглядом.
— Просто отпусти его. Пожалуйста.
Банни неохотно расслабил кулак, и Райан быстро пошагал мимо. Затем он посмотрел сначала на Симону, потом на Банни.
— Вы получите уведомление от моего адвоката.
Банни сделал ложный выпад, и Райан, едва не запутавшись в собственных ногах, выскочил из переулка и скрылся в ночи.
На мгновение воцарилась почти полная тишина, если не считать отдаленного шума дорожного движения. Симона осмотрелась вокруг, разглядывая брусчатку. Ее тревожило ощущение, будто она потеряла что-то, но не могла сообразить, что именно. Сумочку с собой она не брала. Симона проверила карман на наличие ключей. В тусклом свете отдаленного фонаря она обнаружила на бархатном синем платье множество пятен. Подол оказался безнадежно разорван.
Она знала, что Банни стоит рядом и не двигается. Она чувствовала на себе его взгляд, полный невысказанных вопросов.
— Спасибо за… это… Я в порядке.
— Тебе нужно показаться врачу, — очень тихо сказал он.
— Нет, — ответила она, повысив голос, — не надо. И хватит указывать мне, что делать.
— Но он…
— Всё нормально. Я справлюсь. Просто… оставь меня в покое.
— Но…
— Я могу позаботиться о себе сама. Я не какая-нибудь чертова кошка, забравшаяся на дерево. И вообще, кто просил тебя вмешиваться?
Он отшатнулся, будто получив пощечину.
— Меня не нужно просить. Он причинил тебе боль. Он…
— Забудь. И не лезь больше ко мне.
Она только двинулась по переулку, как тут же споткнулась о сломанный каблук.
— Черт!
Она наклонилась, сняла одну туфлю, затем другую и пошла по переулку босиком.
Вдруг острая боль пронзила пятку, и Симона взвизгнула от боли. Осколок стекла. Банни бросился к ней, когда она, пошатнувшись, прислонилась к стенке. Опершись на него, Симона подняла ногу назад и увидела, как хлещет кровь, растекаясь по ступне и лодыжке.
— Черт!
Банни опустился на колени рядом и вытер кровь носовым платком. Затем вытащил из ноги осколок стекла от разбитой бутылки бренди, сильно надавил на рану, останавливая кровотечение, после чего перевязал ногу платком.
Потом он посмотрел на Симону снизу вверх.
— Давай отвезу тебя в больницу?
— Не надо в больницу. Спасибо за заботу.
Она попыталась встать на ногу и поморщилась, когда ее вновь прошибла боль. Симона прикусила губу. Пришлось замереть на некоторое время, пока боль не ослабла.
— Ты можешь подкинуть меня домой?
Кивнув, он встал и протянул руки.
— Давай я