Анимагическая форма - Хагрид стр. 73
изменениям почти не подлежат. Из смастерённого грузовика без дополнительных деталей вертолётик не собрать. А из прямоугольного ящичка кубик или октаэдр «слепить» можно запросто. Чем проще ритуал, не содержащий специфических включений, тем он «пластичней». На уже собранной основе можно всякое разное навинтить.
Ритуал «Кровь во спасение» был прост, как кубик из конструктора. Казалось бы, разбирай его на составляющие и моделируй, что надо. Как бы не так! Его основа топорщилась исключениями и не принимала «планки-гайки», хоть плачь!
И вот ночью профессора осенила гениальная идея — проверить свою родословную, на которой вообще-то и строился весь расчёт.
— Зачастую то, что лежит, можно сказать, под носом, замечаешь далеко не сразу. Потом удивляешься — как сразу не понял? Элементарно же! — маленький профессор досадливо вздохнул.
— Процент общей крови удручающе мал… Концепция «все чистокровные друг другу родня» в данном случае не актуальна. Слишком далёкое родство…
— Всего-то шесть поколений! — фыркнула Светка, оставив кружку в покое.
— Моя ошибка, — кивнул Флитвик. — Надо было сразу проверить, а не довольствоваться утверждением: «одна из моих прабабок была из младшей ветви Вудвиллов».
Поддевать профессора было бесперспективно — на подначки он не реагировал. Слишком воспитанный и интеллигентный, а позубоскалить порой хотелось. До Светки далеко не сразу дошло, что это наращенная за нелёгкую жизнь своеобразная броня. Эх, ей бы такую! Чего у Филиуса не отнять, так это потрясающей уживчивости. Можно даже сказать — душевности. С ним очень легко было общаться. Удивительно, но за всё время совместного проживания их колоритная троица ни разу не поссорилась. Благодаря Филиусу Флитвику, чего уж там.
Она подула на тонкий заячий пергамент, изукрашенный свежим, ещё не просохшим до конца стилизованным родовым древом. Результат некоторых манипуляций с кровью маленького профессора заскользил по столешнице.
— Обождите, милое дитя, не спешите расстраиваться, — Флитвик ловко перехватил и отправил самодельный документ в пухлую папку с основными выкладками. — Наша работа не была напрасной. Мы обогатились знаниями, отточили ум, а самое главное — научились работать в тандеме, дополняя и поддерживая друг друга. Давайте-ка сделаем сегодня выходной. Погуляем, отдохнём… Мне нужно подумать, — отстранённо добавил он, по специальной приступке спускаясь с личного, сделанного по его росту мягкого кресла.
— Думайте, — любезно разрешила Светка. — А я пойду, что-нибудь вкусненькое приготовлю. Не всё же Руби нас горелой репой радовать.
В камине уютно потрескивали дрова, в трубе выл ветер, время от времени раздувая пламя, а в окна стучал дождь. Осеннее ненастье во всей красе. И не скажешь, что в кальдере погода мягче, чем в остальной Шотландии.
Как там бедные феечки в своих «осиных» домиках? Хотя, как утверждает профессор, на Полянах царил свой особый микроклимат.
Грея руки о чашку с чаем, Светка с интересом смотрела на взволнованного Флитвика. Он и в самом деле ходил гулять под дождём и ветром. Насчёт его здоровья Светка не беспокоилась — погодный щит Флитвика был выше всяких похвал. Вернулся он уже в темноте — сухой, с чистой обувью и явно что-то для себя решивший.
— Так, дети, выслушайте меня внимательно, — своим лучшим «профессорским» тоном начал он. — У меня никогда не было своей семьи — не встретил