Анж Питу стр. 62
Бийо, сбрасывая на землю тело савояра, которое он так и держал на спине. – Дайте ружья нам, коль не хотите сами воспользоваться ими.
– Э нет, мы уж сами воспользуемся ими, – отвечал солдат, к которому обратился Бийо, и вырвал у него из рук ружье, потому что фермер почти уже завладел им. – Скуси патрон! Ежели австрияки что-нибудь скажут этим храбрецам, тогда мы им покажем.
– Еще как покажем! – закричали солдаты, доставая из лядунок патроны и скусывая их.
– Вот ведь проклятие! – огорченно топнул ногой Бийо. – Надо ж мне было оставить дома охотничье ружье. Но, даст бог, кого-нибудь из этих негодяев австрийцев подстрелят, и тогда я обзаведусь мушкетоном.
– А пока возьмите этот карабин, – раздался голос. – Он заряжен.
И тут же какой-то человек вложил в руки Бийо богато изукрашенный карабин.
В эту минуту на площадь ворвались драгуны, давя конями и рубя саблями всех, кто попадался им на пути.
Офицер, командовавший французскими гвардейцами, вышел на четыре шага вперед.
– Эй, господа драгуны, – крикнул он, – благоволите остановиться!
То ли драгуны не услышали его, то ли не захотели услышать, а может, скакали слишком стремительно, чтобы остановиться, но только они, произведя полуоборот направо, сшибли и растоптали какую-то женщину и старика.
– Огонь! Огонь! – закричал Бийо.
Он стоял рядом с офицером, так что можно было подумать, что это офицер отдал команду. Солдаты вскинули ружья и дали залп, мигом остановивший драгун.
– Эй, господа гвардейцы! – обратился к ним немецкий офицер, выехавший перед фронтом смешавшегося эскадрона. – А знаете ли вы, что вы стреляли в нас?
– Еще бы не знать, черт побери! – крикнул Бийо.
Он выстрелил в офицера, и тот упал.
Тем временем гвардейцы дали второй залп, и немцы, видя, что на сей раз им придется иметь дело не с горожанами, пускающимися наутек при первом ударе саблей плашмя, а с солдатами, которые неколебимо готовы встретить атаку, развернулись и поскакали обратно на Вандомскую площадь под такой громовой рев «Ура!»
и торжествующие крики, что иные кони понесли и расшибли головы о закрытые ставни.
– Да здравствуют французские гвардейцы! – кричал народ.
– Да здравствуют солдаты отчизны! – кричал Бийо.
– Благодарим! – отвечали те, к кому были обращены здравицы. – Вот мы и побывали в огне и получили крещение.
– И я тоже побывал в огне, – заметил Питу.
– И как? – поинтересовался Бийо.
– Да ничего. Оказывается, это не так страшно, как я думал.
– А теперь надо бы узнать, чье это ружье, – бросил фермер, уже успевший осмотреть карабин и оценивший, насколько это дорогое оружие.
– Моего господина, – ответил голос, уже однажды прозвучавший за спиной Бийо. – Но мой господин счел, что вы превосходно с ним обходитесь, и отдает его вам.
Бийо обернулся и увидел человека в ливрее герцога Орлеанского.
– И где же твой господин? – осведомился он.
Человек указал ему на приоткрытую штору, из-за которой герцог мог видеть все, что происходило на площади.
– И твой господин с нами? – спросил Бийо.
– Всем сердцем и всей душой он с народом.
– В таком случае – ура герцогу Орлеанскому! Друзья, герцог Орлеанский за нас! Да здравствует герцог Орлеанский! – закричал Бийо, указывая на штору, за которой укрывался герцог.
Штора полностью открылась, и герцог Орлеанский трижды поклонился.
После этого штора была задернута.
И хотя все это произошло буквально в