Авалинда Райс. Тьма внутри стр. 41
Небо затянуло тучами, и начался град, да такой сильный, что пришлось наглухо закрыть окна. Шум стоял невыносимый.
Марджори села на кровать и начала припоминать. «Что было вчера? Какой сегодня день, месяц? Какой год, в конце концов?!» – она судорожно соображала, но не могла ничего вспомнить.
Белли подошла к ней и ткнулась пушистой мордой в ногу. Она так никогда не делала. Марджори взяла её на руки, но та затявкала и попыталась вырваться.
– Да что же ты делаешь, глупая псина? – в сердцах закричала женщина, а когда собака выбежала в коридор, Марджори побежала за ней. Белли остановилась возле большого зеркала и села перед ним.
Обе уставились в него как заворожённые. В яркой позолоченной резной оправе зеркало выглядело старинным и благородным. Завитки рамы напоминали то ли змей, то ли червей. Но одно было очевидным – отражение тянуло к себе с невероятной силой.
Они смотрели и смотрели в него, как вдруг зеркало начало темнеть и чернота заполнила собой всё пространство гладкой серебристой поверхности. А когда осталась лишь малая прозрачная часть, из черноты вылезли серые щупальца, за ними безволосая башка с огромной зубастой пастью. Он вылез на половину своего дебелого тела, скалясь клыками и сверля чёрными глазами. Марджори вдруг осознала весь невиданный ужас, оцепенела и закричала. Да так громко, что потеряла сознание.
***
Очнулась там же, в своей постели, утром около девяти утра. С улицы были слышны те же звуки, Белли валялась в ногах. Но на этот раз голода не было, а тело ломило, будто накануне Марджори разгружала фуры с кирпичами. Она села на кровати, поставив голые ступни по пол. В голове шумело, как от затянувшейся головной боли и обезболивающего в большой дозировке.
Она пошла на кухню поставить чайник и наткнулась на зеркало. Теперь оно показывало Марджори во всей утренней красе, приличествующей её обычному виду. Растрёпанные светлые волосы с сединой, весьма помятая ночная рубашка свободного фасона из плотного хлопка, на ногах пушистые тапочки. Лицо с неглубокими мимическими морщинами попыталось улыбнуться. Марджори повторила за ним и громко выдохнула, закатив глаза.
Она поставила чайник на плиту. Ужасно хотелось спать, да так, что, не дождавшись, когда он закипит, она выключила газ и поплелась обратно в кровать. Легла, укутавшись тёплым одеялом, и уснула.
Проспала ещё сутки и проснулась ровно в девять на следующее утро.
На сей раз утро показалось ей прекрасным. Она снова сделала себе отличный завтрак, потому что её аппетит был похож на тот, что был когда-то давно в молодости. После развесёлой вечеринки она возвращалась домой в общежитие и утром могла съесть слона и закусить зеброй.
В холодильнике обнаружился тостовый хлеб, сосиски, яйца. Хлеб и сосиски она поджарила на сковороде, туда же кинула яйца.
Налила себе большой стакан апельсинового сока и чёрный кофе.
Снова диван и каналы про животных. В какой-то маленький отдел её мозга начала закрадываться мысль о странном дежавю. Марджори закончила трапезу и пошла проверить часы. Они показывали час дня. Куда делись четыре часа, совершенно не ясно. Пропали бесследно. Ну невозможно же есть завтрак четыре часа! Хотя нет, возможно, но не сегодня.
Она схватила телефон и набрала номер сына, знала его наизусть. После нескольких гудков ей ответил низкий