Бальдр и Тёмный бог стр. 112
так ты накликаешь на себя беду, и весь мир ополчится на тебя. Спаси Истлаг от Хассера, тебе одному это под силу, и ты будешь спасён, Бальдр, — мама погладила меня по бородатой щеке, и моя злость немного унялась.
В зале вновь стало сумеречно. Мать поднялась и, покачивая бёдрами, вернулась в женскую половину. Я встал с кресла и растолкал Сверри.
— Как голова? — спросил я, поглядев на три опустошённых кувшина, лежавших подле хирдмана, и его опухшую рожу. — Поедешь со мной в Хедвиг?
— Конунг, я с тобой теперь хоть на тот свет… — просипел Сверри.
— Там нет света, — буркнул я. — Вставай, воин.
Сверри поспешил сесть, потёр лицо и поглядел на меня красными от попойки глазами.
— Да плевать, — он высунул на четверть меч из ножен и нагло улыбнулся.
— Возьми с собой четверых хирдманов, — кивнул я. — А ещё факелы, масло, и луки возьмите на всякий случай.
Я пошёл на конюшню и приказал подготовить нам шесть лошадей. Все мои воины, остававшиеся в Тронхейме, и особенно Годи изумлённо глядели на нас, собирающихся выезжать за ворота в то время, когда вокруг ещё царила тьма. Но Сверри порадовал меня. Он, совершенно не зная о свете души моей матери, который был у меня в сумке и, спокойно сложил вещи в мешок, проверил меч и кинжал и в готовности забрался на коня. Остальные четверо хирдманов последовали его примеру, но на их лицах я читал вполне уместное человеческое беспокойство.
Народ просыпался, во дворе поднялась суета — как же, конунг уезжает. Все почтительно кланялись мне и вытягивались в струну, когда я проходил мимо. Женщины позвали на завтрак, но я сказал собрать мне еду в мешок, пора выезжать, время дорого. Они принесли по кулю с едой и по фляге с мёдом мне и каждому из воинов, что отправлялись со мной. Я повернулся сложить всё в седельную сумку. Тут подошла Йорунн.
— Ничего себе! — заулыбался я, глядя на её порозовевшее лицо. — Как ты похорошела!
Йорунн, сбитая с толку. дотронулась до своёй морщинистой щеки, и я понял, что неудачно пошутил по тому, какая печаль блеснула в её взгляде.
— Я хотела вернуться с тобой в Хедвиг, — произнесла она.
— Нет, — резко ответил я. — Я хочу, чтобы ты осталась здесь, в Тронхейме, назначаю тебя гальдрун, моей официальной колдуньей и лекаркой, занимай любые покои, и бери себе кого пожелаешь в помощницы!
Я коснулся лбом лба подруги и отстранился. Я не хотел, чтобы Йорунн ехала со мной в Хедвиг и видела то, что я буду делать там с Маргрет: я знал, это причинит ей боль. Когда мы вернёмся в Тронхейм, то к тому времени уже натрахаемся и будем вести себя на людях сдержанно. Надеюсь. А о том, что я собирался жениться на Маргрет, Йорунн всегда знала, я всегда был честен с ней.
— Конунг? — окликнул меня Сверри. — Едем?
Я простился с Йорунн, сел на коня и махнул стражам, веля отворить ворота.
Вдали на горизонте белела предрассветная полоса, но небо над нами было низким и тёмным. Ветер трепал волосы и задувал в уши, я накинул капюшон. Факелы в руках воинов погасли от мощных порывов, стоило нам лишь немного отдалиться от укрытия стен. Всюду в пространстве парили