Барраяр стр. 106
что не справилась. На этот раз поводья взял майор, и его лошадь пошла бок о бок с Розой, так что поводья он почти не дергал. Ботари, замыкающий строй, бдительно поотстал.
— Итак, — произнес старик наконец, — стало быть, вы и есть молодая леди Форкосиган.
Корделия, помятая и замызганная, отчаянно попыталась улыбнуться. — Да, Э-э, майор, вашего имени граф Петр не упомянул…
— Эймор Клийви, миледи. Но народ в горах зовет меня просто Кли.
— И, гм… кто вы? — Если только не горный дух, которого Петр заклинаниями вызвал из-под земли.
Старик улыбнулся, хотя из-за состояния его зубов это производило скорее жуткое, чем приятное впечатление. — Я — Имперская Почта, миледи. Каждые десять дней я объезжаю здешние горы вокруг Форкосиган-Сюрло. Уже подросли и дети тех детей, которые знают меня только как Кли-почтовика.
— Я думала, почту сюда возят на флаерах.
— Доставляют — да. Но флаер не полетит в каждый дом, а только на пункт раздачи. Личные услуги нынче в чести. — Он сплюнул, то ли в возмущении, то ли просто избавляясь от пережеванного листа. — Если генерал придержит за мной это место еще два года, я дослужу последнюю двадцатку и буду трехкратным ветераном. В отставку-то я вышел на дважды двадцать.
— И из каких войск, майор Клийви?
— Из Императорских Рейнджеров. — Он застенчиво покосился на нее, ожидая реакции, и нее обманулся: брови Корделии уважительно приподнялись. — Я не техником был, а глотки резал. Вот почему и не поднялся выше майора. Начал я в этих самых горах, в четырнадцать — когда мы с генералом и Эзаром играли в кошки-мышки с цетагандийцами. А в школу после этого так и не пошел. Только на армейские курсы. И рано ли, поздно, но Служба оставила меня позади.
— Но не совсем, — заметила Корделия, оглядывая дикую, явно безлюдную местность
— Да уж… — Старик поджал губы и задумчиво вздохнул, с беспокойством покосившись через плечо на Грегора.
— Петр рассказал вам, что случилось вчера днем?
— Ага. Я-то выехал с озера позавчера утром. Всю потеху пропустил. Должно быть, новости догонят меня до полудня.
— И… только новости, никто больше?
— Поживем — увидим. — Он подумал и нерешительно добавил: — Вам бы переодеться, миледи. А то вон та надпись здоровенными черными буквами прямо над нагрудным карманом — «Форкосиган Э.» — выдает вас с головой.
Пристыженная Корделия окинула взглядом куртку от черной полевой формы Эйрела.
— Да и ливрея милорда бросается в глаза не хуже флага на флагштоке, — прибавил Кли, оглянувшись на Ботари. — Но если переоденем вас как надо, у нас будет шанс уехать. Чуть погодя я посмотрю, что можно будет сделать.
Корделия совсем обмякла, живот в предчувствии отдыха многозначительно заныл. Убежище. Но чего оно будет стоить тем, кто его предоставит? — Вам грозит опасность из-за того, что вы нам помогаете?
Клочковатая седая бровь приподнялась. — Быть может. — И судя по тону, вопрос был закрыт.
Она измучилась думать об одном и том же. Нужно срочно на что-то переключиться, если она хочет быть полезной своим спутникам, а не навлекать на них новую опасность.
— Эти ваши жевательные листья. Они бодрят, как кофе?
— О, куда лучше кофе, миледи.
— А можно мне немножко? — Она невольно понизила голос, застеснявшись; быть может, просьба эта чересчур личная?
Кли расплылся в ироничной