Библиотека

Барыня уходит в табор стр. 73

Размер шрифта
-
+
Тема

по плечам. Дыхание горячее, жжет щеку, ледяные пальцы ищут его руку. Сон ли? Явь? Пьяная горячка?

– Настя, слушай… Что будет теперь, не знаю. Может, нам с Варькой теперь с Москвы съехать придется, так ты бы… Ты бы не сердилась на меня, а?

Короткое молчание.

– За что, глупый?

– Что вчера про деньги сказал. Обижать тебя не хотел.

– Я знаю.

– Я тебя все равно замуж возьму, – хрипло сказал Илья. – Плевать мне на Сбежнева. Пойдешь?

– Нашел время свататься… – Настя шагнула в сторону. – Идем, Илья, ты замерзнешь.

– Куда… идем?

– Митро знает.

– Эй, где вы? – послышался недовольный окрик из темноты.

Настя дернула Илью за руку:

– Живо.

Темные сугробы, низкий забор, крыльцо в две ступеньки, черная дверь, приоткрывшаяся навстречу. Илья шагнул внутрь, пошел вслед за удаляющимся огоньком свечи. Где-то впереди раздалась цыганская речь, и, услышав ее, Илья почувствовал, как с сердца падает камень. Свои… Слава богу – свои!

Свеча горела на столе в маленькой комнате с низким потолком. Остановившись на пороге, Илья увидел дощатый пол, застеленный потрепанным ковром, большую печь, полати, на которых виднелись черные головки спящих детей. У стола замерла старуха цыганка. Ее блестящие, как у мыши, глаза не мигая смотрели на стоящего перед ней Митро.

– Где Коля, пхури? – спрашивал тот.

– В Ярославле, по делам, – у старухи был низкий, скрипучий голос. – И Ефимка с ним.

– Ты одна?

– Две невестки да дети. Чего хочешь, серебряный?

– Двоих наших подержи у себя. Никто знать не должен.

– Не узнают, – старуха отстранила Митро и зашаркала к двери.

Илья увидел ее лицо – морщинистое, коричневое, с крючковатым носом и густыми черными, как у молодой, бровями. Приблизившись, старуха спокойно спросила:

– Убил кого, чаво?

Илья вздрогнул:

– Нет.

– Не врешь?

– Не вру.

– Ляжешь вон там. Самовар сейчас будет.

Сказала – и отошла, скрывшись в темноте полатей. Илья увидел широкие нары, покрытые лоскутным одеялом, из-под которого виднелись две подушки – синяя в горошек и красная в желтых бубликах. В углу нар уже лежала, свернувшись в комок, Варька.

– У меня на руках заснула, – усмехнулся стоящий сзади Митро. – Со страху, наверно. Вон сопит, как суслик. И ты ложись. Поешь да ложись.

– Что будет-то, морэ? – тихо спросил Илья.

– Что будет, что будет… Я откуда знаю? Посмотрим… Слава богу, ты Воронина насмерть не придушил. Мы тебя в десять рук от него насилу оторвали. Как это тебе в голову ударило? Все со страху к

полу примерзли, а ты, таборная душа…

Илья молчал.

– Главное – не бойся, тут вас никто не найдет. Здесь Деруновы живут, лихие ребята вроде тебя. Тюля, мать их, – могила, жены тоже. Не бойся ничего. А я завтра приду, расскажу новости. Может, и обойдется как-нибудь.

Подошедшая Настя тронула брата за плечо. Они отошли к двери и начали тихо шептаться. До Ильи доносились лишь обрывки фраз: «К князю Сбежневу…», «завтра», «всем хором – в ноги…». Затем Настя, не простившись, выбежала из комнаты. Митро вышел вслед за ней, на ходу бросив: «Ячен дэвлэса» .

– Джан дэвлэса , – машинально ответил Илья.

Черная, разбухшая

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.