Библиотека

Барыня уходит в табор стр. 83

Размер шрифта
-
+
Тема

– старый осел…

– Владимир Антонович, бог с вами, встаньте! – всполошилась Настя. – Пол холодный, вы застудитесь! Сергей Александрович, и вы туда же! Господа, ну, я прошу вас!

Но офицеры уже поделили ее руки: князь Сбежнев горячо целовал один за другим тоненькие пальчики правой руки, Толчанинов уткнулся в ладонь левой. Настя растерянно переводила взгляд с одного на другого:

– Господа, ну будет… Ну хватит… Да что ж такое, никогда больше вам петь не буду! Никита Петрович, ну скажите хоть вы им!

Но маленький Строганов вдруг пружиной взвился с дивана, подлетел к Насте, схватил ее на руки и галопом заскакал по комнате под грохот падающих стульев и вопли цыганок, выкрикивая:

– Волшебница! Венера! Прелесть! Мимолетное виденье! Гений чистой красоты! С своей пылающей душой! С своими бурными страстями! О жены севера, меж вами она является порой! И мимо всех условий света… Сбежнев, отстань… стремится до утраты сил! Как беззаконная комета… Серж, я тебя застрелю, уйди! В кругу! Расчисленном! Светил!!!

– Звезда! Талант! Примадонна! – вопил Майданов, колотя кулаком по гудящей крышке рояля. – Никакого замужества! Никаких деревень с вишневым вареньем! Только сцена! Опера! Париж!

– Никита Петрович! Господи! Оставьте меня! Митро, отец! Тетя Маша!

– Никита Петрович, сделайте милость, поставьте девку… С ней еще судороги с перепугу сделаются… Душой прошу, поставьте, где стояла…

– Ни за что! Никогда!

– Настенька, позволь ручку! Вторую! Ура!

Падали стулья, гремели сапоги, гудел рояль, хохотали цыгане. Строганов носился по комнате с Настей на руках, за ним бежали Сбежнев, Толчанинов, Майданов и Митро. Конаковы и Кузьма, осипнув от смеха, лежали головами на столе, Марья Васильевна вытирала слезы краем платка, Яков Васильевич, один из всех сохранивший серьезность, задумчиво тер подбородок. Молодые цыганки завистливо переглядывались. Обиженная Стешка, на которую никто не обратил внимания, ушла от рояля и села на пороге рядом с Ильей.

– Чего орут, чего скачут… Татары какие-то, а не

господа. А что такого? Вчера всего час посидели и спели. А я, между прочим, тоже тянула.

– Куда тебе до Настьки, – равнодушно сказал Илья.

– Ну, конечно! Где уж нам! Она – княгиня, а мы – немытые… – надула Стешка губы. Но Илья даже не повернулся к ней, и цыганка резко толкнула его в плечо: – Знаешь, что скажу тебе? Зря таращишься. Не твой товар.

Илья мрачно взглянул на нее. Стешка скорчила гримасу.

– Ты что так смотришь? Что я такого сказала? Что я – слепая, да? Ничего не вижу, да? Ты же о Настьку все глаза стер! Только без толку, дорогой мой, сам гляди, с кем она. Цыгане ей уже не пара, ее господа на руках таскают.

– А тебе что?

– Ничего! На чужую дурь смотреть противно!

– Не смотри.

– Пошла прочь, дура! – раздался злой голос Митро, и Стешку как ветром сдуло.

Илья смотрел в стену. Митро покряхтел, помялся. Сел рядом. С минуту молчал, барабаня пальцами по колену. Затем, запинаясь, сказал:

– Пойми, морэ… Стешка, конечно, безголовая, но ведь и правда… Ты знаешь, я для тебя – все что хочешь. Любую сестру бери, какую пожелаешь, хоть двоих сразу – отдам! Любую из хора сватай – побежит не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.