Барыня уходит в табор стр. 97
наглости, притянул ее к себе. Как во сне – хрупкие плечи под его ладонями, холодные пальчики, взволнованное дыхание. Как во сне – тонкое лицо Насти в его руках, присыпанные снегом волосы, лихорадочно блестевшие глаза. Она приникла к нему. Даже во сне, даже в самых отчаянных мечтах ему не виделось такое.
– Но как же… – собственный голос казался ему чужим, – как же… В самом деле? Не… не морочишь ты меня?
– Дурак… – простонала она, прижимаясь щекой к его ладони. – Я же еще осенью… как увидела тебя – сразу… Ты что, черт, не видел ничего, что ли? Не понимал?
– Нет… Нет. Ты бы… ты бы хоть шепнула мне… – Илья упал на колени в снег. Поймал дрожащую руку девушки, уткнулся в нее лицом.
– Настя… Настька… Чайори, лачинько…
– Илья! – перепугалась она, вырывая руку. – Встань! С ума сошел, увидят нас! Что со мной отец тогда сделает! Иди сюда, иди скорей!
Она заставила его подняться, насильно утащила к темной стороне дома, прижалась спиной к обледенелым бревнам. Илья, боясь открыть глаза, боясь проснуться, целовал ее испуганно приоткрывшиеся губы, глаза, брови, пальцы.
– Настька… Настька… Настька… уедем… Завтра же уедем с нашими… не догонят… А догонят – так ты уже жена мне будешь. Хорошо будем жить, увидишь! Я для тебя все сделаю, все что захочешь, про князя и думать забудешь!
– Подожди… Постой, Илья! – Настя, словно спохватившись, резко отстранила его. – Нельзя так. Понимаешь – нельзя.
– А… как же можно? – растерялся он. – Что мне – свататься приходить? Разве Яков Васильич отдаст?!
– Не отдаст ни за что, правда… – Настя задумалась. Илья ждал, жадно глядя в ее лицо. – Подожди, Илья. Один день подожди. Я все равно с тобой уеду, твоя буду, но… подожди.
– Чего ждать? – забеспокоился он. – Чего ты хочешь, Настя?
– Я знаю чего. Не спрашивай. И спасением души клянусь
– послезавтра уедем.
– Ты… точно решила?
– Да.
Илья потянулся к ней, но совсем рядом вдруг протяжно скрипнула дверь, на голубой снег упала тень. Настя, тихо охнув, прижалась спиной к стене. Илья, загородив ее, шагнул вперед.
– Арапо! Чего тебе?
– Мне-то ничего… – задумчиво пробурчал тот с крыльца. – А вот ты что здесь пасешься?
– Так… проветриться вышел.
– М-гм… Настьки не видал?
– Вроде домой побежала.
– Да? – успокоился Митро. – Ну ладно. Ты это… возвращайся. Там тебя Варька ищет, петь хочет.
– Скажи – сейчас иду.
Дверь закрылась. Илья тут же обернулся, но Насти уже не было рядом. Он дошел до крыльца, медленно опустился на ступеньку, запустил обе руки в волосы. Посмотрел на следы маленьких ног, убегающие к калитке. Из дома доносился разговор, звон стаканов, смех. А ему так хотелось – хоть кричи! – вылететь за калитку, догнать Настю и еще раз прижать ее к себе, спрятать лицо в рассыпавшихся черных волосах, еще раз спросить – правда ли? Не привиделось ли ему? Не приснилось ли…
Глава 8
На другой день таборные ушли еще потемну. Провожала их Варька: Илья, заснувший лишь под утро, не слышал ни приглушенных голосов, ни звона посуды, ни топота и детского плача. Ночь он просидел