Белая ведьма, черное проклятье стр. 295
упаду в обморок к его ногам, но это произвело противоположный эффект.
Страх оттолкнул волну возбуждения, и я кинулась на вампира. Вцепилась ногтями ему в глаза. Он ругнулся и, спотыкнувшись, отскочил назад. Он укусил меня. Боже, он укусил меня!
Закрыв рукой рот, я рванула к двери.
— Я еще не закончил! — закричал вампир, и я прыгнула в узкий проход. Ввалившись в гостиную, я побежала к двери на кухню и к свободе. Я попыталась повернуть ручку, но запястье не слушалось, все еще онемевшее в том месте, куда он ударил, выбивая пистолет из моих рук. Пальцы на другой руке были фиолетовыми и ничего не чувствовали.
Рыдая, я ударила ногой в дверь. Я почувствовала резкую боль в лодыжке, но решила ударить снова, только уже боком. Я вскрикнула, когда ударилась в дверной косяк, но на этот раз он треснул.
Мои онемевшие пальцы царапали дверь, и я закричала, когда тяжелая рука отдернула меня от сломанной двери. Я старалась остаться в сознании, когда моя голова ударилась о дальнюю стену, и я упала.
— Я же сказал, я еще не закончил, — повторил вампир, потащив меня за волосы обратно в спальню. Отбиваясь, как ненормальная, я попыталась ухватиться за дверь в ванную, которую мы проходили, но он резко дернул меня, и мои пальцы вцепились в ковер, пока их не стало жечь. Он не отпускал мои волосы, пока резко не поднял меня на ноги, схватив за руку, и не бросил на кровать. Я скатилась с нее, ударившись об пол с другой стороны, между кроватью и стеной. Глазами я стала искать Кистена, и паника отступила. Его не было. Пол был пуст.
Трясясь, я посмотрела поверх кровати, и увидела любимого, спокойно стоящего возле окна и глядящего в ночь.
— Так красиво, — сказал он тихо, и мое сердце разбилось, когда я услышала его знакомый голос, идущий от незнакомца. Он был мертв. Кистен стал немертвым. — Я вижу все и слышу все. Даже комаров над водой, — добавил он удивленно и обернулся.
Моя грудь сжалась при виде знакомой улыбки, но в глазах чего-то не хватало. Если он слышал комаров, то он точно слышал, как я кричала, и ничего не сделал. Его синие глаза смотрели на меня, не узнавая, в них было смущение прекрасного ангела. Он не узнал меня.
И слезы потекли сильнее.
Вампир, который убил его, смотрел сердито, почти обеспокоенно.
— Ты должен уйти, — сказал он резко. — Теперь ты бесполезен. Использован. Убирайся.
Одна за другой слезы капали с моего лица, пока я стояла, уже не ожидая никакой помощи от Кистена.
— Я знаю тебя, — сказал Кистен внезапно, и его глаза осветились воспоминанием. Я прижала покрытые синяками руки к груди и, зажмурившись, заревела. Глаза распахнулись, когда он нежно коснулся моего подбородка, слишком быстро, чтобы он успел пересечь комнату, но это был он, голова поднята, он пытался разобраться.
— Я любил тебя, — сказал Кистен, удивившись, как будто впервые увидел луч солнца, и я перестала всхлипывать.
— Я тоже тебя люблю, — прошептала я, умирая изнутри. Айви была права. Это ад.
— Пискари, — сказал Кистен, смутившись. — Он сказал мне убить тебя, но я этого не сделал, — он улыбнулся, и моя душа разлетелась на осколки от знакомого блеска в глазах. —