Бесконечное пламя стр. 53
ломающийся лед. Неужели нож был заколдован? Она не заметила характерного блеска, но, может, просто не обратила внимания из-за дождя. Когда она отняла руку от раны, то увидела, что кровь превратилась в шарики, которые прилипли к ее пальцам. Они были похожи на красные драгоценные камушки. Застывая, капли приобретали тускло-синий оттенок и блестели у нее на руке, как осколки льда.
– Что это? – прошептала она, ссыпая камни с ладони.
– Кора, посмотри на меня.
С неожиданным облегчением Адайра увидела перед собой мужчину на фоне серой пелены дождя. Это был Аластер, протянувший руки, чтобы она не упала.
– Отец? – выдохнула она.
Надежда сдавила ей грудь, и Адайра провалилась в темноту.
* * *Когда она пришла в себя, то поняла, что лежит на скамье, глядя на погруженный в полумрак потолок. В воздухе пахло толчеными травами, терпкими снадобьями, медом и черным чаем. На миг Адайре показалось, что она в доме Сидры, но сердце у нее сжалось, когда память вдруг вернулась.
Она была на Западе, и они с Дэвидом упражнялись с мечами под дождем. Ее кровь пролилась на ладонь, превратившись в самоцветы.
Адайра повернула голову, сощурившись от света свечей.
Дэвид сидел на табурете за видавшим виды рабочим столом. Каменная стена перед ним была увешана полками, на которых теснились стеклянные банки и глиняные сосуды, пестики и ступки, пучки сушеных трав. Наверное, почувствовав ее взгляд, мужчина обернулся.
– Я упала в обморок? – сгорая от стыда, спросила Адайра.
– Да. Хочешь сесть?
Она кивнула, позволив ему помочь ей. На миг перед глазами все поплыло, но девушка проморгалась, и стало лучше.
– Не понимаю, что случилось, – сказала она. – Никогда не теряла сознания при виде крови.
– Тебе нужно было сказать, что ты еще ощущаешь действие эфина, – мягко укорил он.
Адайра облизнула пересохшие губы. Когда Дэвид подал стакан воды, она заметила синие камушки, блестевшие на столе.
– Я подумала, что у тебя заколдованный меч.
– Нет. В твоей крови еще оставался яд.
Он зажал один из камней между пальцами затянутой в перчатку руки и поднес к свету, а потом положил Адайре на ладонь. Рассмотрев его, она поняла, что камень был таким же, как те, что украшали ее волосы во время ужина с танами. Таким же, какие носила в волосах Иннес.
– Чья кровь была на моих волосах прошлой ночью? – дрожащим голосом спросила Адайра.
– Она принадлежала тану, отравившему твою сестру, – ответил Дэвид.
– Ничего не понимаю.
– Эфин – это цветок, который растет у нас, – сказал мужчина, наливая в стакан еще воды, когда Адайра все выпила. – Он цветет только в самых труднодоступных местах, поэтому собирать его смертельно опасно. Но если сборщику удастся выжить, то проявляется истинная сила цветка, и он выделяет яд, который застывает в крови, будто лед. Этот яд замедляет сердце, разум и душу. В больших дозах он смертелен, и противоядия от него нет. Дозы поменьше вырабатывают устойчивость к яду. Также их можно использовать, чтобы наказать врагов. Во всяком случае, пролитую кровь он превращает в синие драгоценные камни, и многие таны носят их в качестве украшений, демонстрируя свою беспощадность.
Адайра по-прежнему смотрела на камень в своей ладони. Он был крошечным, куда меньше тех, что были у нее в волосах. Кровь человека, убившего