Бесконечное пламя стр. 61
огня считались слабейшими среди бессмертных, и Джек не понимал, почему такое жизненно важное явление занимает столь скромное положение.
Он глубоко выдохнул и задумался, какую мелодию сыграет духам огня и какие слова им споет. В голове у него начала складываться баллада, и Джек решил поддаться порыву и сымпровизировать, как было, когда он пел для Адайры. Он начинал понимать, что в такой музыке, когда даешь себе волю, таится большая сила.
Он прижал арфу к плечу, закрыл глаза и стал перебирать струны. Мелодия взвилась ему навстречу, и Джек запел, подыскивая подходящие музыке слова.
Он ощущал лишь холодную темноту. Он хотел только огня – и ничего, кроме огня.
Джек пел духам, пел остывшей золе в очаге. Он играл огню и воспоминаниям о пламени. Он сидел с закрытыми глазами, но почувствовал тепло на коленях, на лице. Понял, что становится светлее. И открыв глаза, увидел, что растопка ярко и бодро затрещала. Огонь перекинулся на дрова, со вдохом разгорелся и вдруг заполыхал, бурно и без всяких помех. Пламя неистово плясало в очаге. Невыносимый жар обжигал кожу, и Джеку пришлось отсесть подальше.
«Что я такого сделал?» – удивился он, но продолжил играть и петь, заставляя пламя разгораться и подниматься все выше. Вскоре оно уже не помещалось в очаге.
«Так я спалю весь дом».
Когда Джеку показалось, что он больше не в силах играть – арфа дымилась в его руках, струны разбрызгивали искры, – пламя вытянулось в высокий мужской силуэт. Смотреть ему в лицо поначалу было трудно. Джек прищурился и замолчал, окончив балладу. Но жар и яркий свет наконец утихли, и он c благоговением разглядывал духа огня.
Дух был полупрозрачным, но тело казалось плотным и лучилось разными оттенками пламени: синим и золотым, алым и охрой. Лицо у него было, как у смертного, – узкое, с нависшим лбом, длинным носом, раздвоенным подбородком и плотно сжатыми тонкими губами. Но глаза мерцали, как разгорающиеся угли. У него были длинные, все время меняющие цвет волосы и тонкие, жилистые руки, зато кулаки были крепкими, а кончики пальцев напоминали пламя свечи. Он действительно выглядел истощенным, будто знал, что сжигает последние запасы, и их не хватит для поддержания жизни.
– Наконец-то, бард! – проговорил дух огня. По телу Джека пошла дрожь от голоса, похожего на сплошное шипение, будто все слова сливались у него во рту. – Наконец-то ты позвал меня.
Лицо у Джека горело, но он не решался отстраниться.
– Разве не наоборот?
Дух усмехнулся, развеселившись.
– Ты про остывшую золу? Да, другого способа привлечь твое внимание я не придумал.
– Зачем я тебе понадобился? Что нужно сделать, чтобы в очаге у моей матери и сестры горел огонь? Без тебя нам не жить. Тебе это, конечно, известно.
Джек пожалел о своих словах, едва они сорвались с губ. Заключать сделки с духами глупо.
– Мне и правда кое-что нужно от тебя, – сказал бессмертный.
– И что же?
Дух отрыл рот. Внутри плясали языки пламени, но с его губ сорвался лишь пепел. Джек понял, что Бэйн Губитель заглушил его голос.
– Тебя сковал северный ветер, – прошептал Джек.
Он все еще чувствовал привкус молний во рту. Еще чувствовал покалывание по коже.
Как духу северного ветра удалось достичь такого могущества? Кто короновал