Битва за Степь. От неудач к победам стр. 209
Перед ними было казначейство шаха, и сотни кабульцев, даже тех, кто не испытывал особой политической враждебности, устремились к месту, где хранились сокровища, способные мигом решить проблемы их полуголодного существования».
Тем временем кто-то поджег стоявшие рядом с домом конюшни, а затем из толпы и раздался предательский выстрел. Майор Броудфут схватился за грудь и упал мертвым. В это время огонь с конюшен перекинулся уже на дом.
В последней попытке спастись Бёрнс крикнул:
– Люди! Я раздам вам много денег, если вы сейчас же разойдетесь по домам!
В ответ из толпы кричали:
– Нам твоего не надо! Мы сами возьмем свое!
Поняв, что помощи уже не дождаться, Бёрнс приказал сипаям стрелять в толпу.
Увы, было слишком поздно. Если бы раньше выстрелы наверняка остановили и рассеяли толпу, то теперь они только ее обозлили. Через несколько мгновений, растаптывая упавших, толпа бросилась ко входу, не обращая внимания ни на выстрелы, ни на пламя пожара.
– Пришло время прощаться! – сказал брату Бёрнс и обнял его.
– Еще не все потеряно! Я попробую прорваться сквозь толпу. Острая сабля и пара пистолетов в руках храброго офицера что-то да значат! – ответил Чарльз.
С крыши соседнего дома за всем происходящим со страхом наблюдал агент Бёрнса кашмирец Мохан Лала. Впоследствии он вспоминал: «Лейтенант Чарльз Бёрнс вышел в сад и застрелил примерно шестерых, прежде чем его разорвали на куски».
Сам Бёрнс укрылся на крыше дома. Оставшиеся в живых слуги потом рассказывали, что когда Бёрнс наконец предстал перед толпой, он якобы завязал глаза черной повязкой, чтобы не видеть, кто его будет убивать… Как писали в отчетах о событиях в Кабуле: «Бёрнс был растерзан разъяренной толпой».
Существует еще несколько версий смерти Бёрнса. Согласно одной из них, один из слуг заверил Бёрнса, что если тот переоденется в афганскую одежду, он сможет безопасно его вывести. Бёрнс якобы согласился. Но едва он вышел из дома, слуга начал кричать:
– Это Бёрнс! Это Бёрнс!
Первым удар саблей нанес Берсу местный мулла, а когда он упал, его добивали уже всей толпой.
По другой версии, Бёрнсу предложили, что его завернут в кошму и под видом награбленного добра вынесут прочь. Но Бёрнс отказался:
– Я английский офицер и умру как англичанин!
Как бы то ни было, когда толпа бросилась грабить казначейство, некий афганец Наиб Шериф подобрал растерзанные тела Бёрнса и его брата и захоронил в саду. Останки майора Броудфута растащили городские собаки.
Затем пуштуны, подорвав стену, напали на дом казначея Джонстона, который по счастливой случайности оказался в другом месте. Перебив три десятка слуг и охранников-сипаев, а заодно всех женщин и детей, пуштуны разграбили казну и напоследок сожгли все документы.
Вся абсурдность ситуации заключалась в том, что трагедия произошла всего в получасе ходьбы от английских казарм, где находилось четыре с лишним тысячи солдат…
Глава восьмаяКогда об убийстве Бёрнса доложили Макнахтену, тот схватился за голову. Только теперь до наместника дошло, что ситуация окончательно вышла из-под контроля и вожделенного Бомбея ему, судя по всему, уже не увидеть.
На это капитан Джордж Лоуренс едко заметил:
– Если утром для подавления беспорядков было бы достаточно трехсот человек, то теперь не хватит и трех тысяч!
В то время когда надо было предпринимать реальные шаги,