Брайтонский леденец стр. 3
зале одни, не считая старика посыльного, спавшего над пинтой выдержанного некрепкого пива.
– Слушай, – сказал Хейл, – хочешь выпить? Иди сюда, садись и выпей.
– Мне надо идти, – ответил юноша. – Ты ведь знаешь, я непьющий, Фред. Ты вроде многое забыл?
– Ну разве нельзя выпить чего-нибудь безалкогольного?
– Только быстро, – согласился юноша. Он все время смотрел на Хейла не отрываясь, с интересом, словно охотник, выслеживающий в джунглях какого-то полулегендарного зверя: пятнистого льва или карликового слона, – прежде чем убить его. – Грейпфрутовый сок, – сказал он.
– Ну спойте же еще. Лили, – умоляли голоса в общем зале. – Спойте еще одну, Лили. – И юноша впервые отвел глаза от Хейла и посмотрел через стеклянную перегородку на пышные формы женщины.
– Двойную порцию виски и один грейпфрутовый, – сказал Хейл, взял бокалы и отнес их на столик.
Но юноша не пошел за ним. Он с гневным отвращением смотрел на женщину. Хейл почувствовал, что ненависть, обращенная к нему, на мгновение ослабла, будто с него сняли наручники и теперь они сомкнулись на чужих запястьях. Он попробовал пошутить:
– Душа бабенка.
– Душа, – повторил юноша. – Тебе-то не стоило бы говорить о душе.
Его ненависть снова вернулась к Хейлу. Он залпом выпил грейпфрутовый сок.
– Я здесь только по делам службы, – сказал Хейл. – Всего на один день. Я – Колли Коббер.
– Ты – Фред, – возразил юноша.
– Ладно, – ответил Хейл, – я – Фред. Но в кармане у меня карточка, по которой ты можешь получить десять монет.
– Знаю про твои карточки, – сказал юноша. У него была светлая гладкая кожа, покрытая легким пушком, а выражение глаз безжалостное, как у старика, в котором уже умерли все человеческие чувства. – Мы читали о тебе в газете, – продолжал он, – сегодня утром, – и вдруг захихикал, как будто до него только что дошел смысл какого-то грязного анекдота.
– Можешь получить одну карточку, – предложил Хейл. – Вот, возьми этот «Мессенджер». Прочитай, что здесь сказано. Можешь получить весь приз. Десять гиней, – сказал он. – Тебе надо будет только заполнить и послать этот бланк в редакцию «Мессенджера».
– Так, значит, тебе наличных денег не доверяют, – заметил юноша, а в другом зале Лили запела:
Мы встретились с ним, это было в толпе.
И не думала я, что ко мне подойдет он.
– Господи Иисусе, неужели никто не может заткнуть рот этой шлюхе! – воскликнул юноша.
– Я дам тебе пятерку, – предложил Хейл. – Это все, что у меня есть при себе. И еще мой обратный билет.
– Билет тебе не понадобится, – сказал юноша.
Я в платье была подвенечном.
С ним поспорить могла белизною…
Юноша в бешенстве вскочил со стула и, дав волю злобному
порыву ненависти – к песне ли? к своему ли собеседнику? – швырнул пустой бокал об пол.
– Этот джентльмен заплатит, – сказал он бармену и хлопнул дверью маленького зала. И тут Хейл осознал, что они хотят убить его.
Венок из флердоранжа
Белел у нее в волосах.
Когда мы с ней встретились снова.
И грусть затаилась в глазах.
Посыльный все еще спал, Хейл смотрел на Лили из пустого сверкающего бара и думал: «Я должен выбраться отсюда, я должен выбраться отсюда»; он смотрел на нее печально и без надежды, как будто сама жизнь была только там, в общем зале. Но он не мог уехать, ему