Бракованное чудо стр. 56
и им всем пришлось приспосабливаться.
Кукушкина не любила говорить об этом, словно собственная память сжалилась над ней и выкинула неудобную старую историю из головы, но моменты просветления случались. В один из них довелось быть рядом и вытирать ей слёзы, как нашкодившему и раскаявшемуся ребёнку, и гадать, каково это – быть сосудом для Мокошь и бесповоротно разбиться на ничтожные куски, не имеющие более никакой цели.
Тогда я не знала, что очень скоро мне предстоит пройти через то же самое. Знала ли она? Возможно, чувствовала что-то, оттого и прикипела ко мне, слово надеялась, что я окажусь сильнее её и чудом склею разбитое.
Я ещё раз внимательно изучила лицо Пастыря и с радостью поняла, что не ему мне хочется мстить. Он всего лишь служит своему богу, такому молодому и потому нетерпимому к другим.
Это жизнь, каждый цветок по-своему стремится к солнцу.
Варвара была гораздо страшнее в своей роли – злая сестра Недоля, хитростью победившая добрую Долю и жаждущая любой ценой нарушить волю дремлющей Мокошь. Мне придётся найти и вернуть Долю – Кощею, но сначала надо разобраться с детским домом.
Не скажу, что выйти из подземелья было так уж элементарно – представьте, что плывёте против самого сильного течения, какое только можете вообразить, и умножьте противодействие ещё на три, и уже получится слегка похоже. Эти стены действительно обладали фантастической силой, но уже не могли сдерживать меня.
Узкая винтовая лестница за дверью уткнулась в люк, за которым я поймала несколько изумлённых взглядов от людей, до моего появления спешащих по хозяйственным или иным делам, как муравьишки, отлично знающие свою задачу и никогда не отступающие от размеченной другими муравьями тропы.
Наверное, им проще было представить, что эта невообразимая женщина с горящими глазами и в дико измятой одежде просто почудилась в отблесках свечи – игра теней, не более. Все они тут же отводили глаза и ускоряли шаг.
Остановилась и глубоко вдохнула пьянящий московский воздух – запах пирожковых, сосисок и азиатской еды, выхлоп миллионов спешащих авто, дешёвая и тут же рядом неприлично дорогая парфюмерия, цементирующаяся в толпе в монолитный человеческий дух. Этот город умеет хранить секреты.
Прикрыла глаза и представила то, что мне нужно – яркие всполохи пламени, сжатая в металл или пластик разрушительная энергия и чёткие время и место на карте. Не так уж много людей будут думать об этом, так что я смогу их найти.
Мегаполис с готовностью обнажает тайные стремления и я вижу законную добычу – довольно молодая шпана в крохотной съёмной квартире, временные соседи принимают их за обычных приезжих, непрерывно сменяющих друг друга, даже не подозревая, что именно хранится за стенкой.
Пешком далеко. Иду к метро – ни денег, ни телефона, так что около турникета на секунду задержалась, сделав вид, что махнула картой прямо перед его мордой, и просочилась сквозь распашные дверцы, как заправское привидение. Следующий за мной пассажир несколько раз моргнул и нахмурился, силясь понять, что он только что видел, но я аккуратно стёрла недоумение.
В человеческом потоке у входа в метро я была невидимкой, но на платформе уловила резко возросшее внимание – многие из них чуят рядом Мокошь и вот уже десятки глаз буравят