Библиотека

Будем как солнце. Книга символов стр. 94

Размер шрифта
-
+
Тема

Припомните, как вы в тюрьму попали,

Искатели великих перемен».  

И мы, как раздробленные скрижали,

Свой смысл утратив, бледные, в пыли,

Пред ним скорбим, и нет конца печали.  

Он снова речь ведет,— как бы вдали,

Хотя пред нами взор его блестящий,

В котором все созвездья свет зажгли.  

Он говорит: «Вы помните, все чаще

Вам скучно становилось между вод,

И смутно от дороги предстоящей.  

Но раз попали вы в водоворот,

Вам нужно было все вперед стремиться,

И так свершать круги из года в год.  

О, мука  в беспредельности кружиться,

Кончать, чтоб вновь к началу приходить,

Желать, и никогда не насытиться!  

Все ж в самой жажде вам была хоть нить,

Был хоть намек на сладость обладанья,

Любовь была в желании любить.  

Но в повтореньи гаснут все мечтанья,

И как ни жди, но, если тщетно ждешь,

Есть роковой предел для ожиданья.  

Искать светил, и видеть только ложь,

Носить в душе роскошный мир созвучий,

И знать, что в яви к ним не подойдешь.  

У вас в душе свинцом нависли тучи,

И стал ваш лозунг — Больше Никогда,

И даль закрылась пеною летучей».  

«Куда ни глянешь—зыбкая вода,

Куда ни ступишь—скрытое теченье,

Вот почему вы мертвы навсегда».  

И вспомнив наши прежние мученья,

Мы ждем, чтоб наш казнитель и судья

Дал внешнее для них обозначенье.  

Он говорит: «В пустынях бытия

Вы были—ум до времени усталый,

Не до конца лукавая змея. 

И демоны вас бросили на скалы,

И ввергли вас в высокую тюрьму,

Где только кровь как мак блистает алый,—  

А все другое слито в полутьму,

Где, скукою объяты равнодушной,

Вы молитесь убийству одному.  

Молитесь же!» И наш палач воздушный,

Вдруг изменяя свой небесный вид,

Встает как Дьявол, бледный и бездушный,—  

Того, другого между нас разит,

Лишь манием руки, лишь острым взглядом,

И алый мак цветет, горит, грозит.  

И мы, на миг живые — с трупом рядом,

Дрожим, сознав, что мы осуждены,

За то, что бросив Рай с безгрешным садом,  

Змеиные не полюбили сны.

ЧЕРНЫЙ И БЕЛЫЙ

Шумящий день умчался к дням отшедшим.

И снова ночь. Который в мире раз?

Не думай — или станешь сумасшедшим.  

Я твой опять, я твой, полночный час.

О таинствах мы сговорились оба,

И нет того, кто б мог расторгнуть нас.  

Подвластный дух, восстань скорей из гроба,

Раскрыв ресницы, снова их смежи,

Забудь, что нас разъединяла злоба.  

Сплетенье страсти, замыслов, и лжи,

Покорное и хитрое созданье,

Скорей мне праздник чувства покажи.  

О, что за боль в минуте ожиданья!

О, что за блеск в расширенных зрачках!

Ко мне! Скорее! Ждут мои мечтанья!  

И вот на запредельных берегах

Зажглись влиянья черной благодати,

И ты со мной, мой блеск, мой сон, мой страх.  

Ты, incubus таинственных зачатий,

Ты, succubus, меняющий свой лик,

Ты, первый звук в моем глухом набате.  

Подай мне краски, верный мой двойник.

Вот так. Зажжем теперь большие свечи.

Побудь со мной. Диктуй свой тайный крик.  

Ты наклоняешь девственные плечи.

Что ж написать? Ты говоришь: весну.

Весенний день и радость первой встречи.  

Да, любят все. Любили в старину.

Наложим краски зелени победной,

Изобразим расцвет и тишину.  

Но зелень трав глядит насмешкой бледной.

В ночных лучах скелетствует

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.