Библиотека

Будем как солнце. Книга символов стр. 95

Размер шрифта
-
+
Тема

весна,

И закисью цветы мерцают медной. 

Во все оттенки вторглась желтизна,

Могильной сказкой смотрит сон мгновенья,

Он — бледный труп, и бледный труп — она.  

Но не в любви единой откровенье,

Изобразим убийство и мечту,

Багряность маков, алый блеск забвенья.  

Захватим сновиденья налету,

Замкнем их в наши белые полотна,

Войну как сон, и сон как красоту.  

Но красный цвет нам служит неохотно,

Встают цветы, красивые на вид,

Ложатся трупы, так правдиво-плотно,—  

Но вспыхнет день, и нас разоблачит,

Осенний желтоцвет вольется в алость

И прочь жизнеподобие умчит.  

На всем мелькнет убогая усталость,

В оттенках — полуглупый смех шута,

В движеньях — неумелость, запоздалость.  

Во всем нам изменяет красота,

Везде мы попадаем в паутину,

Мы поздние, в чьем сердце — пустота.  

Отбросим же фальшивую картину,

Неверны мы друг другу навсегда,

Как в разореньи слуги господину.  

Мой succubus, что ж делать нам тогда?

Теперь-то и подвластны нам стихии,

Земля, огонь, и воздух, и вода.  

Мы поняли запреты роковые,

Так вступим в царство верных двух тонов.

Нам черный с белым — вестники живые.  

И днем и ночью — в них правдивость снов,

В одном  всех красок скрытое убранство,

В другом — вся отрешенность от цветов.  

Как странно их немое постоянство,

Как рвутся черно-белые цветы,

Отсюда—в междузвездное пространство.  

Там дышит идеальность черноты,

Здесь — втайне — блеск оттенков беспредельных,

И слышен гимн двух гениев мечты:  

«Как жадным душам двух врагов смертельных,

Как любящим, в чьем сердце глубина,

Как бешенству двух линий параллельных,—  

Для встречи бесконечность нам нужна».

ВЕЧЕРНИЙ ЧАС

Волшебный час вечерней тишины,

Исполненный невидимых внушений,

В моей душе расцвечивает сны. 

В вечерних водах много отражений,

В них дышит Солнце, ветви, облака,

Немые знаки зреющих решений.  

А между тем широкая река

Стремит вперед свободное теченье,

Своею скрытой жизнью глубока.  

Минувшие незнанья и мученья

Мерцают бледнолицею толпой,

И я к ним полон странного влеченья.  

Мне снится сумрак бледно-голубой,

Мне снятся дни невинности воздушной,

Когда я не был — для других — судьбой.  

Теперь, толпою властвуя послушной,

Я для нее — палач и божество,

Картинность дум — в их смене равнодушной.  

Но не всегда для сердца моего

Был так отвратен образ человека,

Не вечно сердце было так мертво.  

Мыслитель, соблазнитель, и калека,

Я более не полюблю людей,

Хотя бы прожил век Мельхиседека.  

О, светлый май, с блаженством без страстей!

О, ландыши, с их свежестью истомной!

О, воздух утра, воздух-чародей!  

Усадьба. Сад с беседкою укромной.

Безгрешные деревья и цветы.

Луна весны в лазури полутемной.  

Все памятно. Но Гений Красоты

С Колдуньей Знанья, страшные два духа,

Закляли сон младенческой мечты.  

Колдунья Знанья, жадная старуха,

Дух Красоты, неуловимый змей,

Шептали что-то вкрадчиво и глухо.  

И проклял я невинность первых дней,

И проходя уклонными путями,

Вкусил всего, чтоб все постичь ясней.  

Миры, века — насыщены страстями.

Ты хочешь быть бессмертным, мировым?

Промчись, как гром, с пожаром и с дождями.  

Восторжествуй над мертвым и живым,

Люби себя — бездонно, ненасытно,

Пусть будет символ твой — огонь и дым.  

В борьбе стихий содружество их слитно,

Соедини их двойственность в себе,

И будет тень твоя в веках гранитна.  

Поняв Судьбу, я равен стал Судьбе,

В

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.