Библиотека

Будем как солнце! (сборник) стр. 102

Размер шрифта
-
+
Тема

не обижены,

Миродержавный вспев Огню.

Избранник вещий меж избранников,

Средь нижних, меж людей, изгой,

Я пел Огню напевы странников

С моей подругой дорогой.

Подруга – ты. Тобой ужалены,

Сплетали мысли звенья слов.

И довременные развалины

Слагались в храмы для богов.

Построив здания словесные,

Не презрив гонг и барабан,

Ушел я в дали неизвестные

Тобой указанных мне стран.

Но каждый раз, когда мне синяя

Цвела страна издалека,

Я приходил – и был в пустыне я,

И вновь со мной была тоска.

И каждый раз, когда свершения

Предельно были хороши,

Во мне рыдающее пение

Взметалось в тайностях души.

И в эти дни, когда ответами

Разбиты все вопросы в прах,

И все напевы стали спетыми,

И каждый ведом стал размах, –

Лишь ты жива еще, стозвонная,

В тебе бурлящая река,

О, неисчерпанно-бездонная,

Моя бессонная тоска.

Царьки лесные

Царьки лесные – они смешные, они чудные, как угольки.

Тут засмеются, там обернутся, и вдруг зажгутся поверх реки.

Вернутся в глуши, наденут лики, на каждом важен его убор.

Один – как травка, другой – пиявка, тот – птичка славка, тот – мухомор.

Тот землемером скользит по листьям, складной аршинчик зеленый – он.

Листок измерить – большое дело, во всем есть мера, везде закон.

А та ведунья, что в далях луга, ширяя, смерит всю ширь лугов,

Хоть не супруга, но всё, летая, она подруга лесных царьков.

А та – из стаи немых пророчиц – вся в сарафане из серебра,

Зовут рыбешкой, зовут плотицей, зови царицей: давно пора.

И не подумай, что две улитки свои засидки замедлят зря.

Слюнявя тропку, они слагают псалмы во славу и в честь царя,

Того, чьи слуги – царьки лесные, кем жив зеленый испод листа,

Кому – хваленье, благодаренье, и вознесенье, и высота.

Гармония гармошки

Я люблю гармошки пьяной

В явном всклике тайный бред.

Зимний вечер. Час багряный.

Ткань загадок и примет.

Нет ни звука, нет ни шага,

Нет снежинки без того,

Чтоб не вспыхнула отвага

В том, кто любит торжество.

Этот Месяц тонкорогий,

Слева слезы, справа смех,

Мне, идя своей дорогой,

Обещает он успех.

Я его увидел прямо

В выси нежно-голубой.

Знаю я, что и без храма

Обвенчаюсь я с тобой.

Ни тебе, ни мне не нужно

Обручальное кольцо,

В час, как с ветром я содружно

На твое взойду крыльцо.

Разве ты не усмехнулась

В миг, когда я был певуч?

Разве шатко не качнулась

Тень, бегущая от туч?

Разве заяц в снеге белом

Сказку нам не наследил?

Разве царственным пределом

Не проходит хор светил?

Разве буйная гармошка

Не пропела в ночь рассказ,

Что умеем мы немножко

Брызнуть Вечностью в наш час?

Воистину

Мне хочется грусти утонченно-нежной, которой минувшего жаль.

Вся в кружеве черном, с улыбкой печальной, она открывает мне даль.

Из комнаты тесной, где стынут портреты, она отворяет мне дверь.

Туда, где не спеты живые заветы, все – завтра и только – теперь.

Повисли сережки березы плакучей, на иве желтеют цветы.

Христосуясь с милым, «Воистину!» молвив, мне душу овеяла ты.

«Воскресе! Воскресе!» В церковной завесе все складки вещали о том.

В усадьбе, и в саде, и в поле, и в лесе весь воздух был полон Христом.

Из черной земли, из разъятой, богатой, дышала воскресшая весть.

Зеленые травки качались,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.