Бумажные доспехи стр. 188
дернулся.
— Шеф, не слушайте, — торопливо заговорил Тень, но мертвенная слабость охватила его, и он больше ни слова сказать не смог.
Рядом злобно зарычал Рок: он тоже не мог шевельнуться.
Она — ведьма. Пусть и начинающая только, но уже теперь она сильнее их, держит сразу троих и не морщится. Без усилий и напряжения. Мысли Тени все сильнее вязли, замедлялись, и только тлеющая внутри ярость не давала утонуть в слякоти окончательно.
Унро сгорбился и дышал уже с присвистом, слишком часто и поверхностно.
Приложил руку к груди.
— Ты вообще про кого? — вдруг спросил он и посмотрел на ведьму исподлобья. — Про Джека и Энцу?
— Про них, — мягко согласилась ведьма. — Про тех, которых ты убил. Заставил идти на смерть. Приготовил все для этого. Даже то, что ты сознался в последний момент, это тоже было твоей ошибкой. Ты же не думал, что ты герой? Все, что ты делал в этой жизни, никому не принесло счастья. Зачем ты существуешь? Ты только недоразумение, ты портишь другим судьбу…
Унро медленно выпрямился, держась рукой за сердце.
— Боги, как больно все это вспоминать, — простонал он. — Словно не полгода прошло, а вчера было. Это твоя заслуга, ведьма? Позвала мою память и хочешь, чтобы я вот сейчас взял и умер от печали?
И тогда Тень и Рок первый раз увидели, как шеф широко и совершенно искренне улыбается. Не так, как обычно, из вежливости, одними губами, еле-еле. Настоящая улыбка изменила его лицо, стерев боль и усталость.
Ведьма нахмурилась.
— Да Джек бы первый посмеялся надо мной, — сказал Унро. — Энца бы, наверно, не стала, она вежливая… А вообще, ведьма, тут все неправильно.
Старуха напряглась, сузила глаза. Сияние только усилилось.
— Меня зовут…
— Тебя никак не зовут, — оборвал ее Унро. — Ты ведьма, и больше не человек. У тебя нет имени.
Тьма распахнула крылья за его спиной, вязкая и осязаемая. От ее ледяного дыхания Рок и Тень стали приходить
в себя, а сияние Белой поблекло, посерело.
Старуха по-прежнему была светлым пятном, а Унро — темным, но теперь это казалось всего лишь временным негативом реальности. Еще миг — и все встанет на места, так, как должно быть.
— Это правильнее, — сказал Унро. — И да… Я действительно приношу всем только несчастья. Иногда и смерть. Теперь твоя очередь умирать, ведьма.
Он шагнул к ней, и тьма потекла, полетела, разлилась киселем, захлестывая ведьму.
— Оставайся на месте, — повелительно сказала старуха, но Унро только качнул головой.
— Не работает, — сказал он. — Не на всех ведь действует…
И тут Тень почувствовал, как его тело движется. Само, отдельно от его мысли, и рядом те же движения повторяет Рок. Они одновременно замахнулись кулаками, кидаясь к шефу, и Тень ничего не мог сделать, только беззвучно орать.
Унро и не сказал ничего, бросил только щепотью за спину заклятье, и Рок с Тенью опять застыли, как дурацкие куклы, которых постоянно кто-то дергал за нитки.
— У нас был друг, — медленно сказал Унро. — Его звали Мирослав. Скажи-ка, ведьма, зачем ты его убила?
Старуха не отвечала, глядя на него с неприязнью. Сжалась вся, обхватила себя руками.
— У тебя и впрямь смерть за спиной стоит, — прошипела она. — Ты ей путь указываешь, дурак? Не боишься, что сожрет тебя?