Бумажные доспехи стр. 189
— Я ничего не боюсь, — ровно ответил Унро. — Отвечай мне. Это ночью было, у реки. Мальчишку тогда похитили. Последнего в очереди.
— Ах, вот эти глупости опять! — сплюнула ведьма. — Дурочке моей снова показалось, что мальчика она нашла, напугала его, и сама испугалась. Уже мне пришлось идти, думала, что притоплю его, и еще маг заявился. Ты о нем? Не жалею. Глупый, злой, полез драться. Таких наказывать надо.
— Ты совсем человеческое теряешь, разве сама не чувствуешь? — спросил Унро.
Ведьма только зашипела на него, но из ее глаз вдруг потекли слезы.
— Суди еще меня, суди! Что ты понимаешь? У тебя своих детей нет и не будет! Я за девочек что угодно отдала бы и отдам! Я мать!
— А разве у тех, кого ты убила и хотела убить, не было матерей? — спросил Унро, вытягивая из рукава длинный изогнутый кинжал. — Ребята, сторожите дверь, чтоб не вышла.
«Замиралка» снова спадала, но Тень, едва не свалившись на пол, выдохнул:
— Она ведь снова нас под контроль возьмет, шеф. Лучше выруби, чтоб наверняка.
— Вы просто ее не слушайте, — отозвался Унро, будто это было легче легкого. — И… Закройте глаза сейчас.
— Что?.. — прохрипел Рок, но Тень потащил его к дверям за плечо.
За их спинами Унро сцепился с ведьмой, не дав ей издалека бросить клубок чар. Старуха легко перехватила его руку с кинжалом.
Сильнее была, но драться врукопашную не умела совсем. Юноша толкнул ее всем телом, сделал подсечку и завалил спиной на стол.
Полыхнуло белым, но Унро увернулся, удар прошел выше плеча.
— Ты… не сможе… — прохрипела ведьма, и голос ее оборвался бульканьем.
Она визжала.
С перерезанным горлом.
Ревела страшным низким голосом. Размахивала руками, отталкивала Унро, пока тот выверенным движением не воткнул лезвие в грудину и не рванул на себя.
Рок придержал напарника, которого едва не стошнило. Тень всякое повидал, и монстров разных, и нежить, и мертвецов, но не такое.
Как бы та ни было, старуха эта всего лишь недавно была только санитаркой, которая иногда укоряла их за грязь, оставленную на полу в больнице.
— Ее это не убивает до конца, — задыхаясь, сказал Унро. — Если тяжело, не смотрите. Но упокоение нужно провести до конца. Потом вызовем чистильщиков, отвезут в могильник и запечатают.
Двое против всех
Донно отбил атаку не задумываясь — и мимолетной вспышкой злой радости отметил, что тело все помнит.
Тьма раздражала, глухая и вязкая, мешала, давила, но не могла убить многие годы тренировок и боевого опыта.
Он шагнул назад, приказав Лейтэ молчать и не дергаться, чтобы его движения не отвлекали.
И принял на лезвие первый удар.
Они, конечно, опасны.
Страшны — только Донно их все равно не видит.
Но у них нет острой стали.
Донно закрыл глаза — чтобы не отвлекаться больше на досаду от слепоты. Человеческие чувства, магические… бесы с ними. Пока есть разум, пока двигается тело, не все ли равно?
Он сосредоточился на себе, на внутреннем восприятии окружающего — создал в уме картинку, где были стены, проход и мальчишки за спиной, угроза впереди. Ни на миг не отвлекаясь от этой картины, вплетая в нее свои движения, повороты и шум чудовищ, он рубил наотмашь, не позволяя никому проскользнуть мимо.
Запахи и звуки…