Библиотека

Бумажный тигр (II. Форма) стр. 33

Размер шрифта
-
+
Тема

щепетильный по части сложных ритуалов, как Монзессер или Коронзон, не такой безумец, как Медноликий или Аграт, Дщерь Субботы. Некоторые видят его в образе хитрого жовиального старика — этакого, знаете, Джона Буля, который день-деньской может просидеть за трубочкой, благодушно подтрунивая над соседями, и которого весьма непросто вывести из себя. Вы знаете, что Брейбрук каждому ребёнку на двенадцатилетие дарит серебряную ложку?

— Нет, — тут же отозвался Уилл, — А зачем?

— Не знаю, но ложки просто находят под подушкой. Если это и является частью какого-то ритуала, пока никому не удалось понять, какого. А ещё у него странное чувство юмора. Оно странное у всех Девяти, но если, допустим, над вами захочет подшутить Мортлэйк, Князь Цепей, дело, скорее всего, кончится печально — как минимум для вашего рассудка. Шутки же Брейрбрука могут напугать, но в большинстве своём вполне безобидны. И столь же непонятны. Как-то раз во всём Хукахука дверные петли начали скрипеть в тональности фа мажор. В другой раз — как сейчас помню, стоял четверг — все домашние коты принялись мяукать в унисон, мало того, выдерживая определённые интервалы и продолжительность. Мы несколько часов били себе голову, что бы это значило, пока доктора Фарлоу, нашего здешнего мудреца, не осенило — это была Азбука Морзе!

Уилл встрепенулся.

— О! Сигнал расшифровали?

— В тот же день. Он гласил «Революция должна совершаться в рассрочку».

— Звучит весьма… бессмысленно.

— Как будто в серебряных ложках больше смысла! — улыбнулся Лэйд, — Впрочем, считать его безобидным малым тоже неправильно. Он один из Девяти, а значит, воплощение сил, которые могут быть столь же губительны, сколь и благостны, это нельзя забывать. Жук, замерший в тени твоей опускающейся подошвы, тоже может быть свято убеждён в том, что небо, ответив на молитвы, защитило его от солнечного жара. Не предполагая, что произойдёт через мгновенье. Так и здесь. Крайне опасно очеловечивать кого-либо из Девяти Неведомых, приписывая им человеческие черты и свойства. В противном случае вас может ждать весьма неприятный сюрприз. Я слышал, один лентяй с Шелл-стрит, возжелав беззаботной жизни, сделал щедрое подношение старине Брейрбруку. Полная вина чаша, свечи из рыбьей жёлчи, всё прочее в этом духе… Он пожелал жить в довольстве и при этом ничего не делать. Говорят, он был неточен в своих формулировках — обычное дело для начинающих кроссарианцев. Я же уверен, что Брейбрук понял его совершенно правильно, но… Как я уже говорил, у него, кажется, в самом деле странное чувство юмора. Следующим утром несчастный заклинатель обнаружил, что обездвижен от головы до пят. Во сне его хватил паралич. Что ж, с тех пор он в самом деле с полным основанием может говорить, что в этой жизни может существовать, не ударяя пальцем о палец. Он стал иждивенцем на попечении родственников.

— Незавидная участь.

Лэйд пожал плечами.

— Обычная для самоуверенного неофита. Вы даже не представляете, сколько в Новом Бангоре обитает охочих до божественной благодати и уверенных в том, что Девять Неведомых мечтают завоевать их расположение, одарив всеми мыслимыми земными благами в обмен на дохлую курицу и пару прочитанных на ломанной латыни замшелых катренов. Что только не идёт в дело! Какие-то фальшивые средневековые манускрипты Христиана Кнорра фон Розенрота, переписанные до полной потери смысла инкубулы Парацельса, просто какая-нибудь тарабарщина

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.