Бумажный тигр (II. Форма) стр. 35
чуть не прикусил язык. Уверившись в том, что полностью завладел инициативой и уверенно ведёт за собой Уилла, как буксир — покорную баржу, он не ожидал вопросов, особенно такого рода.
— Я как раз собирался рассказать случай про старого мельника, о котором мне поведал О’Тум, но если вы…
— Значит, наша плоть подвластна ему? — настойчиво спросил Уилл, — Он в силах превратить нас прямо посреди улицы в пресмыкающихся гадов, к примеру?
— Знали бы вы, сколько от этого выходит проблем! — вздохнул Лэйд, — Не далее, как в прошлый вторник мой приятель, с которым мы шли вот так, как сейчас мы с вами, позеленел и превратился в огромного каймана. Можете вообразить мой ужас! Он должен был мне восемь пенсов!
Во взгляде Уилла явственно сквозила укоризна.
— Вы шутите, мистер Лайвстоун.
— Старый добрый британский юмор. Распространяется по всей территории Британского Содружества и пока ещё, хвала Господу, не защищён патентом. Лучшее средство от неудобных вопросов. Жаль, это же средство не годится для защиты от налогов… Вы имеете обыкновение задавать непростые вопросы, Уилл.
— Когда я задал его полковнику Уизерсу, тот предпочёл сменить тему. И сделал это так ловко, что я этого даже не заметил.
— Полагаю, этим ценным навыком умения полковника Уизерса не исчерпываются, — усмехнулся Лэйд, — Поблагодарите судьбу, что не ознакомились с прочими. Говорят, когда-то давным-давно один не в меру самоуверенный грабитель попытался застрелить полковника Уизерса. Говорят, это было в гостинице под названием «Полевой клевер», но в последнем я не уверен — на острове нет гостиниц с таким названием. Как бы то ни было, этот тип выпустил в полковника Уизерса полный заряд обоих своих револьверов с расстояния в два фута, почти в упор. Но не оставил на его костюме даже дырки. В ответ полковник просто наставил на него палец — и незадачливый грабитель превратился в растерзанный дымящийся свёрток — словно в него палило полдюжины митральез!
— А сейчас вы сами пытаетесь сменить тему, не так ли?
Лэйд едва сдержал смешок. Этот Уилл, может, юн и наивен, но сбить его с толку не так и просто. Как, вероятно, и запугать. Что ж, он знал, что ему предстоит много работы — ещё в тот момент, когда предложил свои услуги.
— Это не та тема, о которой я люблю рассуждать, — заметил он, стараясь держаться прежнего небрежного тона, — Мы, узники Нового Бангора, немного мнительны относительно некоторых вещей. И власть Левиафана над нами — пожалуй, самый болезненный из вопросов.
Есть имена, произнося которые, испытываешь подобие зубной боли. Есть имена, чьи отзвуки рождают в груди дрожь или беспокойное шевеление. Есть такие, что отдаются гулом в ушах. Есть такие, которые проще вообще не произносить, но звучание которых всё равно внутренне слышишь, лишь только мысль коснётся какого-то запретного участка в мозговой коре.
Он всё-таки произнёс это имя.
Левиафан. Единственный полноправный владетель Нового Бангора. Капризный император и мудрый правитель. Невидимый защитник и щедрый покровитель. Безумный архитектор и ночной кошмар.
Многие знакомые Лэйду люди предпочитали не произносить этого имени вслух — считалось, что оно притягивает Его внимание. Многие, напротив, испытывали удовольствие, понося его и проклиная. В судьбах тех и других Лэйд не находил большой разницы.
— Вы провели в Новом Бангоре всего месяц, — заметил он, —