Библиотека

Бывший Булка и его дочь стр. 89

Размер шрифта
-
+
Тема

этот Сева. Сперва нахватал двоек, сколько мог. Потом простудился. Двоек в конце четверти много не нахватаешь, потому что уже всё ясно, особенно с благополучными, как он, — значит, лишний раз тебя не спросят. И всё ж сумел, добился своего: в четверти у него красовались двойки по смехотворным предметам — химии и истории. Специально, что ли, такие выбирал!

И простудился он тоже самым варварским способом: залез под душ, а потом вышел на балкон в одних трусах. И кажется, даже босой.

— Господи! Что за бред? — Лида покачала головой. А сама уже почти знала, зачем он это сделал. Но удержалась, промолчала.

И тогда Надя

сама сказала:

— Из-за тебя. Ну в общем, чтоб ты это узнала.

— Подумать только, какие жертвоприношения!

Надя кивнула, но как-то не очень уверенно.

«Я знаю, ты его жалеешь, — хотела сказать Лида, — а я его совсем не жалею! Потому что это всё не по-настоящему. Всё это по-детски. Так дети делают: вот я вам заболею назло. А вы меня за это жалейте, противные папка с мамкой! А у меня нету сил на такую ерунду. Меня бы саму кто пожалел».

Надя ничего не ответила. Да ведь и Лида ей ничего не сказала.

Так они и шли. Но всю дорогу до метро не промолчишь. Как-никак больше десяти минут ходу.

Господи! Да зачем этот Севка им сдался? Совершенно не нужен! Только дружбу портит. Лида, конечно, тоже виновата. Но теперь-то она понимает, что для неё Севка значит, а что Надя… Вот как она говорила. И сказать по правде, получалось у Лиды довольно неловко, нескладно. Она почувствовала это, даже ещё не закончив свой жалобный монолог.

Надя кивнула, вроде бы согласилась. А говорить стала совсем другое:

— Я же его давно знаю: брат, да ещё ровесник… — Надя запнулась. — Он, Лид, он не предатель… Я поняла: ты думаешь, раз он так поступил, значит, всё. Это, Лид, неправильно. Он просто… ну, как говорится, легкомысленный. А вот взять и заболеть… Или на эти двойки решиться… Не каждый мальчишка может! Согласна? Нет, Лид, он не плохой…

И дальше, дальше — какие-то случаи из детства. Она будто бы уговаривала Лиду.

Уговаривала на что? Что сделать-то нужно? Хорошо, что навстречу им уже махало дверями метро.

— Я тебе позвоню, Надя, — вот единственно, что смогла она обещать.

* * *

В метро, по дороге к батяньке, её начали обступать довольно-таки странные мысли… Метро, надо сказать, было одной из тех вещей, которые её любили. И она любила метро.

Батянька смеётся: «Образцовая москвичка!» — «Почему образцовая, батянь?» — «Ну, москвич без метро, что туляк без самовара!» Сам он, однако, Лида заметила, старался ездить по земле — на трамвае, на троллейбусе. А ещё лучше пешком!

Но это всё так, лирическое отступление. Это всё к тому, что метро, любя Лиду, дало ей уютное место в уголке: народу много, а ты всё равно словно одна — можешь думать о чём хочешь… И тут обступили её те самые странные мысли.

Она думала о Севе…

Да, это верно: не каждый решится заболеть и нахватать двоек. Ну, а что дальше? Не было у неё в душе такого уж рвения скорее лететь на выручку его ангинному страданию.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.