Цена измены стр. 201
Такой опыт уже имеется — правда, негативный, когда все ракетные комплексы «Темп С» и PC-18 после полигонных испытаний оказались неработоспособными.
Следует признать продуктивность советской традиции строгого спроса за выполнение технических регламентов и проведение испытаний в полном объеме. Этому послужил тяжелый урок октября 1960 года при взрыве системно не готовой к эксплуатации ракеты Р-16, когда политику хотели поставить выше законов физики.
Системно неготовая БРПЛ служит угрозой жизни не только для экипажа корабля (который следует награждать после каждого выхода на боевую службу), но и всему миру, оставляя при этом невостребованным главный потенциал сдерживания и устрашения этого оружия — точность и надежность доставки
к цели головной части изделия. Информация о точности попадания в цель отечественных ракет — ключевая для ведения технологической борьбы при создании головных частей.
Вспомним историю: разделяющиеся (кассетные) боевые части (МРВ), боевые части индивидуального наведения (МИРВ) и, наконец, маневрирующие ГЧ (МАРВ) последовательно наносили удары по оборонному бюджету СССР и России.
При оснащении БРПЛ ГЧ типа МИРВ с критичными условиями входа боевых блоков в атмосферу неизмеримо возросли требования к боевой ступени ракеты, «автобусу», по точности разведения этих блоков на каждую цель в любой точке зоны значительного радиуса. Об этом говорят и отклонения боевых блоков «Булавы», вполне закономерные согласно Циолковскому, когда при более коротком активном участке траектории боевой ступени не хватает топлива не только на развоз штатных боевых блоков, но и на ложные цели. Известно: уже в 70-е годы для преодоления ПРО боевая ступень отечественных БРПЛ комплектовалась (вместо одного или двух боевых блоков) средствами радиотехнической защиты в виде ложных целей.
Сложность модернизации БРПЛ, связанной с совершенствованием боевой ступени, вызывала необходимость проведения наземных летно-конструкторских и совместных испытаний на полигоне Капустин Яр. В отличие от испытаний в составе штатного комплекса, такой подход позволял устранить конструктивные недостатки, связанные, в частности, с попаданием в резонанс частот ГЧ и ракеты в конце активного участка траектории полета, что приводило к разрушению конструкции. Удачных испытаний ГЧ МАРВ пока не было.
Успехи СССР в создании БРПЛ с МИРВ и средств ПРО подтолкнули американцев на исследования в области маневрирующих ГЧ (МАРВ), однако отсутствие технологий надежного входа в атмосферу и оценка по критерию «стоимость — эффективность» остановила этот проект за рамками конструкторских разработок. При этом оснащение БРПЛ МАРВ считалось избыточным, когда эффект сдерживания и устрашения достигался за счет боеготовности сил и средств МСЯС.
Только за счет системных факторов по коэффициенту оперативного напряжения (КОН) ПЛАРБ США превосходили отечественные РПКСН более чем в два раза (0,5 к 0,2). С учетом того, что главным в гонке стратегических вооружений всегда считалось экономические изматывание потенциального противника, превосходство в КОН, провоцирующее СССР на ввод в строй в два раза большего числа ракетоносцев, соответствовало концепции разумной достаточности, принятой еще отцами-основателями США.
В начале 90-х, когда массовое строительство АПЛ прекратилось, к рулю органов государственного управления России пришли американские советники, упразднившие с помощью послушных им менеджеров-либералов Миноборонпром России и замкнувшие весь ОПК на департамент Минэкономики России, где министром был небезызвестный Яков Уринсон. В результате вся промышленная политика отечественного ОПК оказалась под контролем американских партнеров, сделавших все возможное, чтобы обезопасить свою страну от наиболее перспективных образцов ядерного оружия. К ним в первую очередь