Библиотека

Череп епископа стр. 267

Размер шрифта
-
+
Тема

губами, неспешно вчитываясь в старательно выписанные слова. За верную службу… И вычищение крамолы… Земли изменщика боярина Волошина… Государеву человеку Семену Зализе…

Опричник медленно свернул бумагу. Ввозной указ. Вот и пришла награда за то, что боярина Хариона на дыбу он повесил, да дочь его едва не опозорил.

— Государеву грамоту мнешь, боярин! — упреждающе вскинул руку гонец.

Только теперь Зализа заметил, что зажал дарственную в плотно сжатом кулаке.

— То не грамоту я мну государеву, — хмуро парировал он, и из-за посвиста из раны на горле слова прозвучали еще более зловеще. — То земли им дарованные я в крепкие руки беру.

А еще опричник обратил внимание на то, что «ввозной указ», который и спешки-то не требовал, привез не просто московский отрок, а взрослый воин, которому в гонцах ходить как-то не по чину.

— Еще чего сказать хочешь, боярин? — поинтересовался Семен.

— Да, — кивнул тот. — Подарок я тебе привез, от боярского сына Андрея Толбузина. Мешок с заводного коня вели принести.

Зализа задумчиво погладил бороду, подошел к затянутому бычьим пузырем окну, толкнул створку.

— Эй, Захар, — окликнул выхаживающего коней подворника. — Сумку гостя в дом занеси!

Тот кивнул, расстегнул мешок, побежал к крыльца.

— Узнал боярин Андрей, что свадьбу ты сыграл, — развязал узел московский вестник. — Подарок просил передать. Вот, чтобы служба царская беды тебе никакой не принесла.

В мешке лежали кольчужные чулки двойной вязки и золоченая байдана из крупных плоских колец, по каждому из которых бежала тонкая надпись: «С нами Бог ни кто же на мы».

На миг позабыв обо всем, Зализа поднял красивую кольчугу на вытянутых руках, не замечая пропитавшего ее холода.

— Ай, роскошная рубаха! Прям не знаю, чем теперь и отдариваться.

— Письмо еще тебе от боярского сына, — протянул вторую грамоту гонец.

Отложив кольчугу. Зализа под внимательным взглядом гостя принялся читать длинное послание. Друг опричника еще по осаде Казани, боярский сын Толбузин поначалу весьма пространно излагал, как порадовало государя то, что его человек в Северной Пустоши не опустился до мести родичам раскрытого крамольника и даже женился на его дочери. Что в качестве свадебного подарка царь решил отписать ему не половину имения раскрытого изменщика, а всю вотчину целиком. Что дошла до Москвы молва и о сече на Неве со свенами, позорно бежавшими, и эта весть Иван Васильевича тоже порадовала.

И только к самому концу грамоты признал боярский сын Андрей, что лежит государь сильно болен, пред лицом Господа уже очистившись. Что указал царь боярам присягу сыну его Дмитрию принести. И многие принесли, но большинство князей в Кремль более не ходит, между собой мыслят нового государя выкрикнуть и присяжной грамотой волю его на правление урезать, а думе всю власть над Русью передать. Все забыли священный долг — над самым одром безгласно лежащего больного кричат и спорят, всякий стыд потеряв. Родичи царя хотят возложить венец на его брата Юрия, ибо этот несчастный князь был обижен природой, иные — на двоюродного брата Владимира Андреевича. А многие ужо Шуйского на царство кличут, многие литвинов на стол призвать хотят, али крымского царя Девлет-Гирея по отчему праву вернуть.

«Смута» — понял Зализа, отходя к распахнутому окну.

Хорошо хоть, границы Руси никто сейчас не беспокоит — а то пришлось бы порубежникам животы свои класть, ни

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.