Библиотека

Череп епископа стр. 73

Размер шрифта
-
+
Тема

несколько лет поднявшаяся и окрепшая братия начнет прибирать к своим рукам окрестные земли — все монастыри всегда занимаются именно этим. Семен беспокоился, но даже поделиться опасением оказалось не с кем: измученный цельно дневным конным переходом Илья Анисимович после вечерней трапезы уснул сразу, как только увидел набитую ароматной крапивой подушку. Опричник, убедившись, что расседланным жеребцам насыпано вдосталь сена и стоят две бадейки теплой воды, вскоре присоединился к нему.

Поутру Зализа несколько успокоился: с первыми солнечными лучами поднялись только он с купцом Баженовым, да отец Никодим уже стоял в часовне перед распятием. Все иноземцы преспокойно спали, не выставив даже одного караульного. Хоть ворота заперли, и то ладно.

Пользуясь неожиданной свободой, два сотоварища прошлись по крепостице, осматривая, что и как успели тут сделать новые хозяева.

Первое впечатление оказалось довольно удручающим. Построить сами иноземцы ничего толком не смогли. Дома и подворье выглядело в точности так, как поставили его собранные с окрестных бояр смерды. Разве только, травы хозяева все-таки накосили и забили ею сеновалы всех трех домов. Для нормального хозяйства его, конечно, было маловато, но скотины в Кауште не имелось. Посреди двора, стоял толстостенный железный котел, в котором здешний воевода замочил перетертую в совершеннейшую труху солому. Получившуюся баланду за ночь сморозило в единый кусок льда.

— Может, им уже есть нечего, Семен Прокофьевич? — высказал свое мнение Баженов. — Вот солому в кашу и перетирают.

— Мало тут ее на всех, Илья Анисимович, — отрицательно покачал головой Зализа, отворяя ворота.

На улице лежал тонким слоем — в два пальца, не больше, первый чистый, снег. Словно зима отсыпала немного на пробу: растает или нет? Суйда затянулась от берега тонкой прозрачной коркой, и только на стремнине оставались незакрытыми несколько полыней, течение в которых оказалось слишком сильным. В сотне шагов от селения, на самом берегу, стояло две постройки весьма нищенского вида: вкопанные вертикально неокоренные стволы, в пазы которых были вставлены заменяющие нормальные стены жерди. Из жердей же была сделана и крыша, заваленная лапником.

— Даже дранки настрогать не смогли, — укоризненно причмокнул опричник.

— Тут печь стоит, — заглянул внутрь купец. — Стены толстые… Они, Семен Прокофьевич, пожар в доме устроить боятся, вот мастерскую вдаль и отнесли. Сарайка такая сгорит, и не жалко. За день новую срубить можно. Печь огня-пожара не боится. Вот только зимой они в этом шалаше померзнут, никакой очаг не спасет.

Семен вошел внутрь, пригибаясь из-за свисающих через широкие щели с потолка ветвей, потрогал печь:

— Горячая.

— Смотри, Семен Прокофьевич, — поднял купец с пола серо-бурый продолговатый осколок. — Никак стекло?

Стекло имело такой же неопрятный, неряшливый вид, как и

все кругом — но тем не менее этот глянцево блестящий камушек ничем иным, кроме стекла, быть не мог!

— С Европы они пришли, — уверенно сказал Баженов, бросая находку обратно на пол. — Там тоже все грязное, вонючее, немытое — но посередь этого тоже, ако яхонт, то и дело красота разительная блеснет.

— Ценным сие стекло ты сочтешь, Илья Анисимович?

— Они его сами ценным не сочли, — усмехнулся в бороду купец. — Иначе бросать, ако мусор негодный, не стали бы. Испросить селян твоих потребно, не скрывают ли в загашниках товар более лепый да цветной.

Со стороны крепостицы уже слышались голоса. Купец и опричник увидели местного воеводу, волокущего свой

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.