Библиотека

Чёрная месса стр. 113

Размер шрифта
-
+
Тема

каре, но она оставалась превосходной собеседницей среди стольких умерщвлений плоти и испытаний смирения; с виду она была по-прежнему благородной, величественной и господствующей, что обнаруживало в ней королеву, где бы и в каком бы обществе она ни была. Она беспрестанно думала о смерти, и ее это так ужасало, что она нанимала женщин, у которых не было другой обязанности, как только охранять ее всю ночь. Она спала с откинутыми занавесами, со множеством зажженных свеч и каждый раз, как просыпалась, призывала караулящих ее женщин и высказывала желание играть, говорить или есть из опасения, чтобы они не заснули.

Как ясно представляется при чтении могучих страниц Сен-Симона неукротимая борьба, в которой пылкая душа маркизы в схватке с неумолимым прошедшим отбивалась, поддавалась и убегала от мрака, благоприятного для угрызений совести, очищалась, терзала себя и рыдала, еще сомневаясь в божественном прощении! Сколько ни путешествовала маркиза Монтеспан, ей не было покоя, повсюду она чувствовала тяжесть на сердце, требуя освещения мерцающих факелов, чтобы изгнать назойливые видения, которые порождала ночная мгла. Сколько она ни окружала свое ложе многочисленными и жизнерадостными женщинами, ничто не заставляло исчезнуть грозного прошлого.

Ах, эти часы страшных кошмаров! Несчастные маленькие существа, кровь которых когда-то окрасила великолепие ее лилейного тела, приходили и снова пропадали хрупкими призраками. Затем следовал в агонии Люссак, нежный страдалец, с ногами, раздавленными испанскими сапогами, и сотни других несчастных, которые из-за нее были заброшены в глубине крепостей, потому что король боялся их двусмысленных слов или поведения. Она видела их прикованными к стенам, потрясающими своими кандалами и с поднятым челом заявляющими о своей невиновности. Годами маркизу преследовали крики проклятий этих печальных жертв… В этих нескончаемых посещениях призраков она отталкивала их, вся дрожа. Может быть, она, как леди Макбет, открыла бы на своей руке неизгладимый след крови.

Час ее смерти приближался, у нее было предчувствие.

В конце апреля 1707 года, в то время как маркиза жила, отдалившись от света, в Бурбоне, она почувствовала первые припадки болезни, которая должна была ее унести месяц спустя.

Она все еще была «прекрасна и казалась такою же, какою была».

Ее болезнь была внезапна и недолго длилась; у нее не было ни хирурга, ни врача. В Бурбоне не было никакого хирурга, но нашлись кое-какие врачи, которые ее осмотрели, но совсем не лечили, так что она умерла без оказанной ей помощи, хотя при ней была большая свита. За двенадцать или пятнадцать часов до смерти она пришла в себя от сильной дремоты и это время употребила для спасения души. Бог смилостивился над нею, отняв у нее ужас смерти, чтобы заменить его смиренным боязливым доверием, но покорным и мирным. Она пожелала, чтобы к ней вошла вся ее свита, до последнего слуги, и пред ними принесла самое полное и трогательное раскаяние в прегрешениях, совершенных при ее жизни, и благодарила Бога, что умерла, удаленная от плодов своих прегрешений.

Таким образом, она приняла причастие и в пятницу 27-го мая, в 3 часа дня умерла среди сожалений всех присутствующих и при возгласах многих тысяч бедных, которых она кормила и одевала, явившихся из провинций, соседних с Бурбоном, как только она приехала. Ее тело сделалось с целью хирургического опыта добычей одного помощника врача, неизвестно откуда явившегося, находившегося в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.