Черный беркут стр. 236
вышибу твои мозги!»
* * *Нина Спорышева отвела сына в детсад и направилась к автобусной остановке. Она работала на хлебобулочном комбинате, начинала работу рано. Мальчик в это утро, как всегда, оказался первым в группе, не было и воспитателей, его встретила нянечка. Он вежливо поздоровался с няней, прошел к своему шкафчику, на котором был наклеен смешной кролик, и, обернувшись, помахал матери.
Она ответила ему от порога, дольше обычного задержав на нем свой взгляд. Развернулась и вышла, почувствовав, как на глаза набегают слезы. На лестнице столкнулась с мужчиной. Тот поднимался по ступенькам, держа за руку сына. Он что-то говорил
отцу:
— Папа...
Нина ускорила шаг.
Когда к остановке подъехал девятый номер автобуса, она вдруг спохватилась: забыла дома продукты, которые в обед собиралась отнести мужу в больницу. Посмотрев на часы, она секунду поколебалась. Можно было купить что-то и по дороге, но сверток она оставила на столе, а там колбаса, вареные яйца. На дворе жара, пропадет до вечера.
«Пять минут до дома, пять обратно», — подумала Нина и, махнув рукой водителю автобуса, который, видно, ждал ее и не закрывал двери, поспешила к дому.
* * *Входя в подъезд, Спорышев еле сдерживался. Слишком долго подниматься на третий этаж.
На пороге своей квартиры он встретил ее. Нина, стоя у двери, закрывала замок.
Спорышев поднимался очень осторожно, но она почувствовала чье-то присутствие и повернула голову. И тут же изменилась в лице. Приоткрыв рот, она смотрела в безумные глаза мужа. Брызжа слюной, он прошипел ей в лицо бранное слово и достал из-под майки пистолет.
31К утру все были в сборе. Снова квартира на Большой Песчаной оказалось густо заселена: включая Кавлиса, девять человек.
— Только бы Евсей не подвел. — Майора не оставляли сомнения относительно сделки.
— Не подведет, — успокоил Ремез. — Ему выгодно сбагрить крупную партию оружия.
— Будем надеяться... — Николай задумчиво нахмурил брови. — Вот что, хлопцы. Готовьтесь в дорогу, а я схожу в прокуратуру попрощаться с братом.
Аксенов был у себя в кабинете.
— Я думал, ты уже уехал, — несколько суховато произнес он. — У сослуживца живешь?
Николай кивнул:
— Пришел попрощаться, в обед уезжаем. А ты чего не в настроении?
— Да так... — отговорился Аксенов. — Дела неважные. Слышал, наверное, у нас маньяк объявился?
— Ты говорил, у вас их целая группа. Что, опять ограбление?
— Нет, в этот раз заложники. Из психушки сбежал один ненормальный, некто Спорышев Валентин Михайлович. Он завалил охранника, отобрал служебный револьвер и сменный барабан к нему, отправился домой и убил свою жену. Хорошо еще, что она успела ребенка в детсад отвести. И вот парадокс, Николай: обычно люди, когда слышат выстрелы, стараются инициативу не проявлять, из квартир не высовываются, а тут соседи выходят на площадку. Может, это и правильно, с одной стороны, но с другой...
Аксенову показалось, что брат не слушает его. Но Николай поймал его взгляд и кивнул: продолжай.
— Короче, этот псих застрелил своего соседа, ворвался в их квартиру и сейчас удерживает в заложниках женщину и двоих малолетних детей.
— Это дело передали тебе?
— Слава богу, нет. У меня их предостаточно. С бандой никак не разберусь. Чувствуется, профессионалы, но вот кто и откуда... Сейчас работаю в этом направлении, выясняю, кто из бывших бойцов